Кодекс ведаря

— Уважаемый Михаил Кузьмич, а позвольте поинтересоваться — откуда у вас пистолет? — спросил я, когда уселся в машину.

— Это память… Я давно уже не курю, а вот… — Михаил Кузьмич протянул назад пистолет и щёлкнул спусковым крючком.

Из отверстия вырвался огонёк, который я тут же сдул. Следом запахло газом.

— Не стоит показывать сейчас то, что ваш пистолет всего лишь зажигалка, — проговорил я. — Кто-нибудь может увидеть и вряд ли это понравится нашим друзьям.

В самом деле, пусть легенда остается легендой. Не стоило показывать свою слабость там, где обозначил место силы.

— Вы хоть стрелять-то умеете? — спросил я, удобнее располагаясь на сидении.

— Ну, когда в армии был, то обучился. С тех пор только иногда стрельбища посещаю. Для собственного удовольствия.

— Тогда продолжайте сурово хмурить брови и выглядеть полным отморозком, который без раздумий применит оружие.

— Это я сумею, — ответил Михаил Кузьмич.

— Хорошо, поехали в гости, — подмигнул я в заднее зеркало и показал на машину, куда поместили всё ещё находящегося без сознания Кучерявого и куда сел мужчина со шрамом. — Вот за той машиной.

— Рискованное это дело, Иван Васильевич, — проговорил водитель. — Может, вызовем полицию или ваших ведарей в помощь?

— Не нужно. Я же еду с мирными целями. Войну мы всегда успеем объявить. И я не уверен, что эта война нам сейчас нужна. Сами же слышали, что на Россию готовится набег — если будем крошить направо и налево, то ослабим позиции. А эти люди, пусть они и бандиты, но умеют обращаться с оружием и в случае чего встанут на защиту Отчизны.

— С чего вы взяли, что встанут, а не начнут мародерничать?

— С того, что потом придет время и им придется возвращаться назад. А что их ждет на этом месте? Только злость обворованных и ограбленных? Русские не прощают предателей. А вот свернуть с бандитской тропы и встать на путь исправления… Да, не у всех это получится, но по крайней мере у них будет шанс.

— Добрый вы, Иван Васильевич, — проговорил Михаил Кузьмич, выруливая следом за указанным автомобилем. — Всё в людей верите.

— Верю, — пожал я плечами. — Если не верить в людей, то Бездна возьмёт верх. А так, мы вместе можем победить её. Но убитых уже не вернешь…

Так, ведя философские беседы о всяком-разном, мы проехали несколько кварталов. Две машины шли впереди, три позади. Мы ехали в центре, не нарушая правила дорожного движения. И даже если впереди идущие машины без зазрения совести проезжали на красный свет, то Михаил Кузьмич вел аккуратно и заставлял едущих позади тоже стоять и ждать, пока пройдут пешеходы или пока не загорится зеленый свет. Машины впереди тоже притормаживали, поджидая нас.