— Что же, теперь придётся платить другим?
— Да, свято место пусто не бывает, — вздохнул продавец и посмотрел на меня. — И вас будут искать, господин. Ночные Ножи так просто обиду не прощают. К тому же они знают, что вы из жильцов…
— Ничего страшного. Я навещу Митю Февраля и поговорю с ним, постараюсь объяснить ситуацию. Вашей вины тут нет, я всё понимаю. И, надеюсь, что этот инцидент не станет препятствием для наших дальнейших торговых отношений?
— Господин, боюсь, что вынужден отказаться, — вздохнул продавец. — Вы пришли-ушли, а мне тут оставаться. Мне и красного петуха подпустить могут…
— Не переживайте, после моего разговора с Февралём мы продолжим общение, — уверенно ответил я и протянул руку. — Иван Васильевич! И не буду возражать, если вы назовёте моё имя проснувшимся ребятам. Всего доброго, Гиви Толстяк…
— Всего хорошего, Иван Васильевич, — пожал руку в ответ продавец. После чего протянул отсчитанные деньги. — И храни вас Господь…
«Мужество — первое из ведарских качеств, потому что это качество, которое гарантирует появление всех остальных»
Кодекс ведаря
Москва. Кремль. Кабинет царевича Владимира Васильевича
Четверо бояр расположились за столом, во главе которого сидел царевич. Таинственный полумрак кабинета подсказывал смысл того, зачем тут тайно собрались представители не самых бедных родов.
Секретарша расставляла заказанные напитки, неслышно скользя по мягкому ковру. Чашки вставали на блестящую поверхность, которая отражала дорогие костюмы, блестящие заколки галстуков, поблескивающие драгоценными камнями запонки. За часы каждого из сидящих можно не только купить хорошую квартиру в центре Москвы, но также обеспечить безбедную старость внуков.
Все эти люди, входящие в Боярскую думу, были теми, кто занимал немалое место в управлении царством.
Владимир Васильевич терпеливо дождался, пока Маргарита Николаевна поставит последний предмет на стол. Женщина среднего возраста, лощёная и вечно улыбающаяся винирами, работала на царевича уже не первый год и знала цену скорости обслуживания знатных людей. Она, как опытный дворецкий, всегда старалась предугадать желание господина.
И вместе с тем была верна, как никто. Владимир Васильевич периодически проверял её детективами, жучками, скрытыми камерами, и всегда оставался доволен проверками. Верные люди всегда ценились на вес золота…
Всегда… А в последнее время особенно!
— Маргарита Николаевна, попросите, пожалуйста, не беспокоить, — сказал Владимир Васильевич, когда женщина почти подошла к дверям.
— Хорошо, господин, — поклонилась она, улыбнулась и вышла.