— Выберите любую и тестируйте, — хмыкнул я в ответ. — Они абсолютно идентичны.
— Хорошо, тогда возьму вот эту, — продавец выбрал самую правую и взглянул на меня, словно спрашивая разрешение.
— Да, конечно, — кивнул я в ответ.
— Тогда пока располагайтесь, посмотрите на мой товар. Может быть что-то вам придется по вкусу? — продавец чуть поклонился, а после удалился в помещение за ширмой.
Я посмотрел по сторонам. Ну, если я буду строить дом или собирать коллекцию древней рухляди, то обязательно загляну сюда. А сейчас же…
— Хозяин, сюда идут четверо людей. Рожи у них не совсем интеллигентные, — послышался негромкий голос Тычимбы. — В руках держат дубинки…
«Чем больше трудностей преодолевает ведарь, тем легче принимает своё будущее»
Кодекс ведаря
— Как думаешь, будут бить? — спросил я Тычимбу.
— Возможно даже ногами, — ответил верный слуга.
— Поддаться, что ли? Посмотрим, что будут делать дальше…
— А что они будут делать? Схватят сущности, а потом ножиком по горлу и в канализацию. Будем там крыс развлекать…
Наш диалог мог продлиться дальше, но в этот момент дверь распахнулась. На пороге возникли те самые неоднозначные личности. Правда, в магазин прошли трое, одного оставили на улице, на стрёме. Что же, вполне нормально. Я бы и сам так поступил.
На вид это были люди, которые знали слово «каторга» не понаслышке. У двоих на кистях виднелись следы от кандалов, у третьего на пальцах вытатуированы перстни. Рожи помятые, небритые, хмурые. Дубинки в руках небольшие, но окованные металлом по широкому концу. Прямо палицы. Должны внушать ужас, но мне показались забавными.
— Добрый день, господа! — я постарался улыбнуться как можно лучезарнее. — Скажите, вы меня грабить пришли?
Таким простым вопросом я выбил их из колеи. Мужчины не самой приятной наружности переглянулись между собой. Чувствуется, что они готовились, возможно, репетировали перед зеркалом, а я тут своей простотой сбил их с нужного настроя. Впрочем, настрой вернулся сразу же, как только они заметили колбочки с сущностями на прилавке.
— Сударёк, ты это… Оставь свой хабар, да вали подобру-поздорову, — проговорил тот, у кого были выколоты перстни на пальцах.
— Вообще-то я за этим сюда и пришёл! — улыбнулся я ещё шире. — Оставлю свой, как вы говорите, хабар, заберу деньги, да и пойду.
— Ты тут жизнь можешь оставить, — зловеще проговорил другой.
— Все мы рано или поздно оставим свои жизни. Кто-то сегодня, кто-то завтра, а кто-то и вовсе через сто лет. Я собираюсь быть в числе последних, — я продолжал всё также жизнерадостно улыбаться.