Кабинет освещался не обычными лампами, а светящимися кристаллами, которые висели под потолком и создавали атмосферу таинственности. Иногда кристаллы начинали мигать, как новогодняя гирлянда, добавляя веселья в процесс.

Я извинился за опоздание перед Михаилом Селиверстовичем Снеговым, пожилым мужчиной с колючим взглядом и сальными волосами. Тот в ответ нахмурился и хмыкнул:

— Мы только приступили к практическим занятиям. А до этого изучали происхождение алхимии, развитие в разных культурах и её влияние на современную науку. Но к практическим занятиям только-только приступили. Но вы, молодой человек, весьма и весьма опоздали…

— Этот молодой человек — наш староста! — раздался голос Бельского. — И он думает, что ему всё позволено, раз он староста и царевич!

Ну да, как же второй из борзой двойки смог удержаться от выкрика? Его бы расперло, если бы не выплеснул наружу накопленную желчь. К тому же он явно ревновал к Романову, коль скоро про того написали в газетах, а вот фамилия Бельского была не затронута.

— Да? Что же, это ошибочные мысли. В Царском училище вы все жильцы и до выпуска из стен вам следует забыть про родовую клановость и социальный статус. Сейчас вы все равны и не должно быть никого выдающегося и кичащегося своим статусом! Тут могут выдвигаться только те, кто больше овладел знаниями и оказался сильнее развит в физическом плане. Так что опаздывать и прикрываться своим родом… Такое не пройдёт, молодой человек, — обратился ко мне преподаватель.

— Я не прикрывался, господин Снегов, — покачал я головой. — Вы правы, моему опозданию нет оправдания. Я готов искупить свою ошибку и понести заслуженное наказание!

Сейчас лучше показать смирение и раскаяние. Ну не говорить же, что я приказал своему слуге заминировать чужую машину? Вряд ли подобное известие воспримется как оправдание опоздания.

— Готовы искупить? И чем же? Деньгами отца? Танцами или стихами? Может, приготовите Зелье Ясного Ума? Я как раз начал его готовить, — ухмыльнулся преподаватель.

— Если позволите, то могу приготовить последнее, — проговорил я.

Это зелье не раз делали в Ведарской Общине перед походами на большие Омуты. Зелье Ясного Ума проясняло сознание на двадцать пять минут. Человек концентрировался на одной цели и порой выдавал гениальное решение проблемы. Ведари же в такие моменты действовали единым целым и понимали друг друга без лишних звуков и указаний. Достаточно было лишь мельканья глаз, чтобы понять просьбу товарища. Голова становилась чистой от каких-либо посторонних мыслей, сомнений, загонов… Всё работало на победу!