Может, Михаил Кузьмич так говорит, чтобы сделать мне приятное? Но вряд ли, вон, как у него глаза светятся искренностью.

— Ладно, но если что, то имейте в виду, — кивнул я и забрался на заднее сиденье.

По пути списался с Бесстужевой и Карамзиной. Предупредил, что сегодня за мной можно не заезжать.

Они тут же поинтересовались состоянием Годунова. Ага, как будто Борис не сообщил им первым, что с ним всё в порядке и скоро он снова начнёт воспевать их неземную красоту. Сообщил, что вскоре присоединится к нам.

Автомобиль двигался по дороге, обгонял другие машины и лихо заходил в повороты. Михаил Кузьмич явно хотел показать «Ладу Вселенную» во всей красе. Я одобрительно кивал. В самом деле машина классная, недаром европейцы пытаются слизать её ходовую часть и поставить на свои автомобили.

Вскоре мы добрались до училища. Михаил Кузьмич отъехал на ближайшую автостанцию. Сказал, что нужно ещё кое-что подкрутить, кое-где подвинтить. Я не стал вслушиваться в подробности, но отправил на всякий случай с ним Тычимбу. Всё одно он мне на учёбе не нужен, а так хотя бы поднимет уровень своего технического образования.

А чего? Я один учиться должен, что ли? Пусть и верный слуга тоже обучается! Пусть делит со своим господином тяжкое бремя учёбы!

Войдя в аудиторию, я наткнулся на удивлённые глаза своих одногруппников, а потом они… зааплодировали!

Вот честное слово, не совру! Громкие хлопки прокатились над партами, лица улыбались. Я недоумённо посмотрел на них. Чего это они? Из-за вчерашнего Омута, что ли?

Ну, надо как-то ответить на аплодисменты, поэтому я поднял руку, чтобы помахать и…

— Подвиньтесь, Ваше Величество! — раздался позади голос Романова. — Дайте пройти настоящим героям!

Чего?

Каким героям?

Я сделал шаг в сторону и улыбнулся — на пороге чуть ли не в обнимку стояли Шуйский и Романов. Они специально дождались меня и встали за спиной, чтобы потом вот так вот уколоть?

М-да, ребятушки, как же это глупо. Ведь правда всё равно всплывёт, а вас назовут звездаболами!

Я прошел на третью парту, уселся возле окна и начал наблюдать, как Шуйский и Романов с улыбками раскланиваются по сторонам. Вот же попугаи…

— Что тут происходит? — спросила подошедшая Собакина.

— Наши одногруппники приветствуют героев вчерашнего боя на причале, — ответил Шуйский. — Марфа Васильевна, вы же были там. Вас тоже стоит поблагодарить за помощь!

— Вообще-то мы все должны благодарить другого человека, — сказала Собакина и нашла взглядом меня.

— Да, но сейчас его с нами нет, — перебил её Романов. — Годунов в самом деле спас жизнь царевича, за это ему корона должна быть невероятно благодарна.