Так, что там происходит?

Из-за забора послышался сдавленный крик. После этого я почувствовал шорох рядом с собой и приготовился ударить.

— Господин, это я! — раздался голос Тычимбы. — Быстрее, там похищают девушек! Быстрее!

— Чего? — вырвалось у меня. — Как это похищают? Кто?

— Те трое, что были в ресторане!

Вот это заставило меня стартовать с утроенной скоростью. Я подскочил к воротам, они были чуть приоткрыты, как будто слуги забыли про осторожность. Вот только оплавленный след на железе сказал, что тут без магии не обошлось.

Я проник за ворота и тут же обнаружил лежащего на траве мужчину в форме и с нашивкой «охрана». Тут же выплеск адреналина в кровь достиг своего предела.

Всё, писец вам пришел, уроды!

Если я могу дать шанс исправиться по отношению к себе, то… Девушек трогать — последнее дело.

— Тычимба, ты сообщаешь мне вид сверху! — крикнул я на бегу.

— Так точно, господин! — последовал ответ.

Спустя пару мгновений мой левый глаз начал видеть всё с высоты птичьего полёта. Правый же видел приближение двухэтажного поместья. Всё ближе, ближе…

Сверху послышался женский крик. В окне второго этажа заметались фигуры.

Туда!

Я с разбегу подпрыгнул. Ухватился за ребро навеса над входом. Подтянулся и перекинул тело на крышу. Быстрыми шагами добрался до приоткрытого окна. Прислушался.

Внутри было тихо. Сверху ничего не видно, значит, враги ещё внутри. Кончиками пальцев потянул окно внутрь, стараясь не скрипнуть. На моё счастье, оконные петли были хорошо смазаны.

Я проскользнул внутрь бесшумной тенью, затаился на мягком ковре. Прислушался.

Вот, послышались голоса!

— Надо вести их к Февралю. Он так приказал! — послышался голос одного из мужчин.

— Давайте лучше в наше место. Когда ещё боярынь за вымя пошшупаем? — возразил голос другого.

— Нам сказано поставить в целости и сохранности.

— А что? Мне нравится. Вон как у этой титьки задорно торчат. Я бы не прочь кинуть пару палок. Всё равно от них не убудет! — вмешался голос третьего. — Потом доставим в целости и сохранности. Подумаешь — дырочки немного разработаем…

— Но вы…

— Мы можем тебя здесь оставить, — буркнул на возражение второй голос. — Будет что потом полицейским предъявить…

Пока они препирались, я бесшумно двигался к дверям. Сверху всё было тихо и мирно, если можно считать мирным два тела, лежащих позади поместья. Судя по одежде, это были горничные.

Вот же твари, женщин не помиловали. Значит, им тоже помилования нет!

Я вздохнул раз, другой, взялся за ручку двери…

— Тихо! Тут кто-то есть! — крякнул третий голос.

Внизу затихло. Стоящие там насторожились. Неужели меня услышали? Я даже задержал дыхание…