Впрочем, оба дуэлянта встали по обе стороны круга. Накинули Кольчуги Души и кивнули преподавателю. В руке Бельского был меч с затейливой резьбой на крестовине, в руке же Годунова еле виднелись небольшие иглы. Они были зажаты между пальцами и напоминали острые коготки.

Маленькие! Острые! Коготки! Нет, тут надо акцентировать внимание на слове «маленькие»!

Ну и как с такими иглами выстоять против меча? Да так даже самый опытный боец не буде выходить против новичка, не то, что не сильно поднаторевший в битвах Годунов. ДА что там говорить — я сам бы не вышел против Бельского с иглами.

Как будто Годунов специально выбрал ускоренный вариант развития дуэли — он взмахнет иглами, ему в лобешник прилетит навершием меча и всё будет закончено. Но зачем тогда снимать?

В любом случае, я нажал на кнопку записи, когда появилось синеватое силовое поле.

— Три! Два! Один! — проскандировали жильцы.

— Начинайте! — гаркнул преподаватель.

Стоило его команде затихнуть как Бельский поднял меч над головой. Меч тут же покрылся водной плёнкой, явно усиливая металл.

Годунов же взмахнул рукой, в которой были зажаты иглы. Я успел заметить только тонкие струйки воздуха, пролетевшие от руки в сторону Бельского. Такие ещё можно заметить в воде, когда добавляешь напор из крана.

Бельский даже не пошевелился. Он хохотнул:

— И ты думал, что такие мелкие уколы смогут меня остановить? Ну ты вообще-е-е!

С этими словами он двинулся вперёд, всё также поднимая меч. Годунов с улыбкой стоял на месте и смотрел прямо в глаза противника. Два метра кончились необыкновенно быстро. Бельский встал почти вплотную к стоящему противнику с занесенным мечом.

Вот сейчас он опустит меч и всё… А какой дальше будет смысл всей этой возни?

В руке Бориса уже не было игл — он швырнул их в противника, а без оружия и только на стихии воздуха далеко не уедешь.

Мне дико захотелось помочь напарнику. Да, я знал, что он меня сдает Марии Никифоровне и вовсе приставлен для наблюдения за моей драгоценной персоной, но… Всё-таки привык я к нему как-то. Да и от удара по голове последние остатки мозга могут расплескаться. А зачем мне в напарниках дурачок?

Но почему-то Бельский не опускал руки! Он стоял перед Годуновым, подобно застывшей статуе и прожигал того глазами.

— Ну чего же вы, Степан Сергеевич? — не выдержал стоящий неподалёку Романов. — Дайте этому наглецу по тыкве и возвращайтесь!

Годунов же повернул голову, посмотрел на меня, подмигнул и сказал:

— Дуэль может продолжаться ещё пять минут. Однако, господин Бельский парализован на двадцать минут. Если результат нашей дуэли кому-то неясен, то…