— Свет! А давай пельмешек возьмем! И водяры!
— Хм… — неопределённо хмыкнула Сахариха, но возражать не стала.
Подошла официантка, и Жека заказал две порции пельменей, по беляшу каждому, бутылку «Столичной» и бутылку белого вина. Парень ничего заказывать не стал, кроме водки. Выпил и отошёл ненадолго, вежливо давая новым знакомым время поесть. А пельмени были хороши! Как будто из знакомой пельменной в Н-ске, или даже из ресторана «Омуль», где в пельменях знали толк!
Увидев, что новые знакомые насытились, парень подошёл к ним и наконец-то представился.
— Олег Васильев, бывший лейтенант вооруженных сил СССР.
Вот так нежданчик…
— Лейтенант Советской армии? Ничего себе, — удивился Жека. — Как же занесло тебя в эту краянку?
— Очень просто, как и многих из нас, — вздохнув, ответил Васильев, подозвал официантку и заказал всем по кружке пива, потом продолжил: — Во время учёбы в строительном институте закончил военную кафедру в 1985 году, дали звание летёхи. Надеялся, что с армией ничего не будет связывать, буду работать на гражданке, здания проектировать, но нет. На сборах после окончания института объявили, что мой 101-й мотострелковый полк отправляется в Демократическую республику Афганистан для выполнения интернационального долга — помощи братскому демократическому народу Афганистана в деле борьбы с империалистическими посланцами Запада. Возразить нечего, пришлось ехать служить.
— Долго там был? — спросил Жека, прихлёбывая пиво. История Олега показалась ему интересной.
— Недолго. Служил я в Афганистане в мотострелках. А это… — помолчал Васильев. — Это считай, что смертники. Дороги в Афгане горные. А если не горные, всё равно труднопроходимые, цепью не раскинуться. Приходилось на марше идти колоннами, даже на захват территорий. А колонна — это сам знаешь… Опасное дело. Если устроить засаду, техника горит как спички. Первый БТР подбили, и его уже не объехать. Остальные стоят как мишени. С одной стороны крутой горный склон, с другой стороны бездонная пропасть с бурной рекой. Или такой же обрывистый склон, если едешь по узкому ущелью. Любили духи засады устраивать в таких местах. Много наших так покромсали. Колонна разбита и сожжена, а в нападении 5 моджахедов всего участвовало. Такое вот соотношение сил было. Наши стали потом вертушки высылать для сопровождения и прикрытия, но душманы их сбивали из «Стингеров», которые поставляли америкосы. Тяжело, в общем, было. А потом был плен…
— Плен? — удивился Жека. — Как получилось?
— До банального просто, — ответил Васильев. — Ехали днём, маршем из Рабата в Герат. Нужно было миновать небольшое предгорье. Вот знал ведь командир полка, что в этом месте могут напасть! Сказал, надо бы разведроту вперёд пустить или вертушек дождаться. В штабе сам это говорил, когда маршрут прокладывал до точки дислокации. Но, как и всегда, понадеялся на русское «авось». Пошли так, без воздушного прикрытия. Давай, давай, быстрей, быстрей… Результат закономерный. В середине дня, когда колонна полностью зашла в предгорье, на нас напали. Подожгли первую БТР и танк, ехавший последним. Из противотанкового гранатомёта. Наши выскочили, пытались рассыпаться по сторонам, а там рассыпаться-то оказалось и некуда. Как я уже говорил — с одной стороны крутой склон, с другой — ущелье и бурная порожистая река. Бежать некуда, на склон не залезть. Но делать нечего. Мы всё-таки стали пытаться огрызнуться и кое-где забраться на склон. Полез и я. Однако какой из меня альпинист… Стена сильно крутая. Не удержался, камень вырвался из горы, и я упал вниз, с высоты метров десять…