— И ты во всём этом жил? — не поверил Захар. — Это что за город такой? Как Сицилия какая-то…
— Обычный сибирский промышленный город, — усмехнулся Жека. — В России полно таких.
— А какое место во всём этом было у тебя? — не унимался Захар. — Ты говоришь, авторитетом ты не был. На мелкого шестерку тоже не похож.
— Я просто правильный пацан, — объяснил Жека. — Зону я не топтал — бог миловал. Но авторитет у меня был. Потому что… ты знаешь, почему. И у меня было шестеро корифанов, точно таких же, как я. Они стоили целой группировки в пару-тройку десятков человек. Поэтому нас уважали, кто нас знал, и на нашу поляну и в наши дела не лезли лишний раз.
Естественно, Захар понял, почему Жеку уважали — для него пришить любого, кто станет у него на пути, было как воды попить…
По ярко освещённой улице, прямой как стрела, пройти было небезопасно, поэтому Жека махнул рукой, предложив повернуть влево, во дворы. Однако там было темно, шли чуть не наугад, иногда спотыкаясь о выбоины в асфальте. Во дворах постоянно попадались какие-то городушки, сетчатые ограды, окружавшие маленькие палисадники и баскетбольные площадки. Стояли старые машины, частью разобранные. Тут и там из подъездов и открытых окон доносились вопли на незнакомом языке и женский визг. У подъездов сидели угашеные торчки, что-то бормотавшие. Казалось, будто проходили через какой-то ад.
За парой домов, похожих своей убитостью один на другой, как близнецы, находился пустырь, за которым проходила ещё одна улица, идущая параллельно той, по которой продвигались до стычки с неграми. Дома на ней были частично снесены, а остальные заброшены. Однако уличное освещение горело и здесь, освещая угрюмые развалюхи. Казалось, будто попали в какой-то фильм о войне или нашествии пришельцев.
— Пойдём по улице в том же направлении! — заявил Жека. — Куда-нибудь да выведет.
Но не успели пройти по улице и пары десятков метров, как из-за поворота, визжа шинами, на скорости вылетела старая колымага и на полном ходу помчалась прямо на них. Из колымаги громко грохотал какой-то ниггерский рэп. Раздались обрадованные вопли, из окон высунулись руки со стволами.
— Разбегайтесь! — крикнул Жека.
Пацаны бросились в разные стороны. Но сам он убегать не стал. Выхватил ствол и стал стрелять по машине, по лобовому стеклу, стараясь целиться в места, где сидел водитель и передний пассажир. Вторым же выстрелом убил водителя, и машина завиляла и грохнулась о фонарный столб, сложившись чуть не вдвое.
— Олег! Прикрой меня! — крикнул Жека и, пригнувшись, неспеша пошёл к тачке. Радиатор дымил, и особо ничего видно не было. Но вдруг задняя дверь открылась, сверху высунулась черная рука и начала стрелять. Но стреляли наугад, из неудобного положения, и пули просвистели на большом расстоянии. Правда, Жека, предвидя такой исход событий, отпрыгнул в сторону и пару раз выстрелил в стекло, убив стрелка. Олег тоже выстрелил пару раз, целясь в окна, сразу осыпавшиеся от пуль.