Первые приехали сорок танков моего батальона, потом разбирали машины танкисты Коли Сопрынина. Они расставляли машины с особенной осторожностью — первые танки уже тянули шланги от цистерн, заправлялись.

С суетой справились за час с небольшим, полковник Светлов у своего «москвича» лично выдал командирам экипажей комплекты карт, а мне на карте отметил точку:

— Отсюда едете сюда. Там вам дадут под охрану колонну грузовиков, и с ней отправитесь в эту деревушку. Там тебя встретит комдив майор Синицин, его предупредят по радио. Он и введёт тебя в курс.

Я сказал:

— Слушаю, — откозырял и побежал к своему танку.

Машины к тому моменту уже прогрелись, мы сразу поехали в точку назначения. Думалось по пути, что, если войска вломятся в любую страну, как ни проведи линию фронта, возле него обязательно окажется какая-нибудь деревня.

И войска все снабжают одинаково — везут грузы по железной дороге до конечной станции, а оттуда они распределяются автотранспортом по временным складам, или, как мы, едут воевать своим ходом. И, конечно, такие станции стоят на некотором удалении от противника, чтоб не разрушил артиллерией.

То есть пусть всё, как всегда, удивляться тут нечему. Современная война вообще ужасно стандартна и похожа на большое производство, только со знаком минус. Воюют же с опорой на промышленность, вот и закономерный результат.

Это раньше каждый меч выходил из рук конкретного мастера, и сражались глаза в глаза. Впрочем, уже тогда использовали разделение труда, в том числе и в армии, и результаты столкновений были те же — чьи-то внутренности на алом снегу. Вопрос в масштабах, как говорит Костя.

На линию фронта приехали в сумерках, там ждали только нас. Колонну под сотню автоцистерн и грузовиков под тентами уже сформировали. Через позиции уже устроили дорогу, хотя нас оно не касалось — танки шли слева и справа от дороги через окопы.

Преодолели без спешки, и когда началось просто заснеженное поле, вообще не ощутили разницы. У «лютых рысей» очень плавный ход. Ещё бы и развалиться в кресле, совсем нерусский танкист. Увы, спинки кресел у нас пока не двигаются.

Но я бдительности не терял, рыси всегда насторожены. Осматривал окрестности в перископ. Для кого-то таращился в темноту, пусть и включили все фары.

Оптике же без разницы, какие собирать фотоны, тем более её не волнует, что некоторые из них человеку инфракрасные. У меня тепловизоры в кошачьих глазах.

Ехали часика полтора, и передовая машина притормозила возле поста. Бойцы проверили документы, колонна снова пришла в движение. А нас это всё не волнует, я заранее всё обговорил с Колей, наши «лютые рыси» в обход села двинулись к местам ночёвки.