Можно и дальше, я встречал модифицированные версии, где порог выигрыша повышался до 4096 или 8192. В конце каждого хода на пустом месте спавнится новая двойка или, если бог рандома пожелает, то четверка. Поле забилось и доступных ходов нет — потрачено, гейм овер. Настоящая дофаминовая петля, не хуже, чем с тетрисом, во всяком случае, для меня.

Базовую логику я однажды уже релизил — на джаваскрипте и реакте, дабы работало в браузере. Повторить ее в текстовом режиме убогого яблочного бейсика — задача уровня школьника. Как же удачно, что я и есть школьник! Расчертил квадрат при помощи тире и черточек. В центр каждой клетки число. Какое же убожество получилось!

А в графическом режиме lo-res не хватило разрешения. При ширине поля в 40 точек на каждое число отводится 10 пикселей и уже с трёхзначными числами начинаются проблемы, не говоря о 1024 и 2048. Естественно, спрайты чисел надо рисовать попиксельно. От одной мысли о перспективе связываться с цветомузыкой высокого разрешения начинало тошнить. Но куда деваться?

Придерживаемся имеющегося набора цветов — царство фиолетового, зеленого, оранжевого и синего с примесью белого и черного. Двигаем их исключительно на четное число пикселей. Анимация нам не нужна — схлопываем фигуры мгновенно. Так как картинка статическая, за производительностью не гонимся, а потому не лезем в ассемблер и не набиваем шишки об упоротую фрагментированную адресацию видеопамяти.

Ночь, она зовёт меня…

Закончил в четыре утра, записал на аудиокассету и вырубился, даже копирайт не успел добавить. И всё-таки я жаворонок. Или дело в молодом организме. Но после пары часов сна поднялся на ноги почти нормально. Ну, штормило слегка, однако кофе выручил и придал сил. Велосипед, школа… не заснуть на уроке пропаганды… не заснуть на английском…

— Мистер Колон, вы что, храпели? — спросила миссис Уайт.

— Простите. Я писал всю ночь и не выспался, — признался честно.

— Стихи⁈ — глаза старушки, скрытые за большими очками, алчно блеснули.

— Да, мэм, — куда уж деваться, лучше отмазка, чем обидеть добрую бабушку. — Если вам интересно, я запишу вам копию по памяти.

И записал. «Ночь… она зовёт меня». Дифирамбов после уроков дожидаться не стал — сбежал к Миллеру. Нелегко живется нам, гениям готической поэзии, не позволяют выспаться ни на физике, ни на математике. Ну хоть к доске не вызвали.

Кажется, я начал понимать «Сонного Джо», встречающегося нам по субботам. Только сел за парту в зале самоподготовки и протянул Линде половинку обеда, как обнаружил, что девушка трясет меня за плечо, призывая проснуться по окончанию перерыва. Хорошо хоть, что сегодняшний дежурный учитель — негр с сэндвичем, ему плевать, сплю я или нет, главное, что не шумлю.