Накидываю сверху халат – вдруг Адам выйдет. Крадусь в прихожую. Мои туфли здесь же, у двери. Быстро обуваюсь, хватаю сумочку и толкаю дверь.
Щелчок замка. Я в коридоре. Сердце колотится так, что, кажется, его слышно на весь этаж.
Швыряю бесполезный теперь халат обратно в квартиру и прикрываю дверь. Бегу к лифту, вжимаю кнопку.
Скорее, скорее...
На улице прохладно, и влажная одежда холодит тело.
Сегодняшнее утро – старт с прежних позиций: без копейки в кармане, но одежда чуть чище.
Первое, что вижу – вывеска ломбарда. Рядом с высоткой, на первом этаже.
Захожу. В нос ударяет затхлый запах, смешанный с ароматом дешевых духов работницы ломбарда.
Снимаю серьги. Маленькие бриллианты, подарок Давида на пятую годовщину. Тогда он сказал: «Ты моя звезда, пусть они сияют, как твои глаза».
Пальцы дрожат, когда кладу их на стекло прилавка.
– Сколько дадите?
Продавщица – полная женщина с ярко накрашенными губами – берет серьги, крутит, смотрит через лупу.
– Тысяч десять.
– Там бриллианты! – мой голос срывается.
– Десять, – отрезает она. – Больше не дам. Не хотите – забирайте.
Я сглатываю ком. Закрываю глаза на секунду.
Давид, прости – невольно врывается мысль, но я откидываю ее, как мусор.
– Давайте.
Получаю купюры и выхожу на улицу.
Тут же вызываю такси до своего дома. В такси, пока едем, нахожу в телефоне объявление мастера по замене замков, звоню, договариваюсь о встрече через полчаса у подъезда.
Сердце колотится так, будто меня преследуют. Возможно, так и есть.
Поглядываю со страхом на телефон и… жду звонка.
Чьего? Адама? Мамы?
Чувствую себя зверем, на которого устроили охоту.
Машина несется по утреннему городу.
Я смотрю в окно и пытаюсь унять дрожь.
В голове крутится одно: что значит этот разговор? Что он задумал? И почему я снова одна?
Мастер – молодой парень в синей спецовке – уже ждет у подъезда.
– Вызывали?
– Да, – киваю. – У меня дверь не открывается – я ключи потеряла... Нужно вскрыть, – стараюсь лгать правдоподобно.
– Документы есть?
– Документы?
– Да, на квартиру, – смотрит с подозрением на меня.
Делаю невозмутимое лицо и показываю паспорт с пропиской.
– Сделаем, – кивает.
Поднимаемся на лифте. Я молча указываю на дверь. Парень достает инструменты и ковыряется минут десять.
– Хороший замок, – бормочет. – Но открыть можно.
Наконец щелчок, и дверь распахивается.
– Прошу. С вас пять тысяч…
Расплачиваюсь и захожу внутрь.
– До свидания, – не оборачиваясь, прощаюсь я.
Не успеваю разуться, как телефон вибрирует.
Вздрагиваю и с трудом подавляю рвушийся вскрик. Нервная я стала, просто ужас.
Надо дистанцироваться от всего этого и заботиться о малыше.