Ров был наполнен протухшей вонючей жижей, а не нормальной водой, мост опущен, а перекошенные ворота не открыты, а выбиты — одна из створок просто отсутствовала как данность. А посредине площади, разбросав вокруг извивающиеся корни и ловчие ветви, бесновался молодой мелорн.

— Ах ты ж, зараза такая, — я сплюнул на землю тягучую слюну и едва успел уйти от загребущего корня, подкравшегося ко мне сзади. — Так вот почему эти ублюдки длинноухие не остались здесь!

Надо же, то, что я принял за щупальца какого-то местного Ктулху, на самом деле являлось корнями этого уродского кровожадного дерева. Эльфы высадили посредине площади росток и ушли, видимо, становиться пищей для своего подрастающего божества, им категорически не хотелось.

А молодой мелорн, похоже, жрал всё, до чего только смогли дотянуться его корни. То-то мне показалось странным, что чем ближе к замку я подходил, тем меньше костей видел во дворах мёртвой деревни. Те несчастные просто жили на отшибе, и когда этот монстр оказался способен дотянуть свои корни до двора, стоящего от него так далеко, поживиться ему уже было нечем: всё что не сожрали птицы и насекомые, благополучно перегнило, оставив лишь кости.

Ловчая плеть выстрелила в мою сторону, но на том месте, куда она была нацелена, меня уже не было. Я бежал так быстро, как только мог. В какой-то момент мне даже показалось, что я снова ускорился, как тогда в подземном городе древних, потому что бежать стало тяжелее, а движение плетей и вылетающих прямо из-под ног корней были вполне отслеживаемые, и я успевал или увернуться от них, или перепрыгнуть, а несколько раз даже перерубить самые прыткие.

Когда мне удавалось это сделать, и из обрубков начинала хлестать кровь, дёрганные движения мелорна становились более хаотичными и от бьющих куда придётся плетей можно было уйти.

Краем глаза я заметил, что монстр уже распахнул свою воняющую жутким смрадом пасть в стволе, словно в предвкушении, что ещё немного и сумеет поймать такую прыткую дичь, которой я оказался.

Вот только становиться кормом для чудовищного дерева не входило в мои сегодняшние планы, поэтому я изловчился, и, прямо на бегу создав обычный бесформенный огненный шар, швырнул его прямо в раззявленную пасть, и, что характерно, попал.

Раздавшийся за этим небольшой взрыв ударной волной подтолкнул меня в спину, и последние метры я буквально пролетел, прямиком в открытые ворота. Вой раненного мелорна бил по барабанным перепонкам, и чтобы не оглохнуть, мне пришлось растянуться на земле и закрыть уши руками, извиваясь при этом всем телом, стараясь отползти как можно дальше от ворот.