Я сидела на диване, обхватив колени руками.
— Ни она первая, ни она последняя.
— Это точно, — Анна посмотрела на меня через плечо. — Джинет, не будь гордячкой. Я знаю, что Ролан обошелся с тобой грубо... Только ты пойми: это рабочий процесс, такое случается, и не стоит ставить крест на всем остальном из-за нелепого недоразумения.
Я махнула рукой.
— Я никогда не стану главной солисткой. Посмотри на меня, — я ударила себя ладонями по бедрам. — Я высокая, костлявая и неуклюжая...
— Правда? — она склонила голову набок. — У тебя яркая внешность, проницательный взгляд, и ты умеешь себя подать. Нужно больше тренироваться, и тогда станешь блистать ярче. Если хочешь совет: иди на поклон к Болески, я уверена, он протянет руку помощи.
— Ну уж нет, — я фыркнула. — Я не хочу его видеть и задумываюсь над тем, чтобы поменять театр. Я не для его команды. Он ведь хочет, чтобы ему лизали задницу, а я никогда не буду этого делать.
Могилевская загрустила и снова принялась упаковывать вещи.
— У тебя очень много предубеждений на его счет... Он сложный человек, Джинет, но у него есть сердце.
Я не удержалась от смеха. Может быть, из-за его внушительного размера у нее помутился рассудок?
— Анна, ты преувеличиваешь. Не нужно...
— Ладно, — она подняла ладони вверх. — Видит бог, я пыталась тебя вразумить! И все-таки запомни: мужчины не любят войну с женщинами, потому что любить их куда приятнее.
Я устремила взгляд в потолок, чувствуя, как скука охватывает меня, и покачала головой, выражая свое разочарование. Мы с Анной не похожи друг на друга. Она появилась на свет в другой стране, и у нас разные представления о мужчинах. Болески вызывал у меня лютую ненависть, и в моих глазах он был воплощением абсолютного зла.
— Ты во Франции, но так этого и не поняла? Здесь женщина позволяет мужчине ее любить, а не наоборот.
— И в этом ваша ошибка, дорогая. Мужчинам любовь необходима так же, как и женщинам.
Я не стала спорить и снисходительно улыбнулась. Болески выгнал ее, но она все равно считала его благородным человеком...
Могилевская покинула театр, и теперь Саванна пыталась пробраться в постель Болески. Она в открытую с ним флиртовала и постоянно крутилась возле его кабинета. Весь коллектив ожидал, что Болески объявит новую любимицу, однако пока что он не сделал никакого выбора. Я продолжала танцевать на задворках и старалась вообще не замечать высокомерную физиономию директора. Прогоняя номер, Алекса не спускала глаз с Ролана и с придыханием реагировала на каждое его слово. Еще одна шлюшка, мечтающая стать подстилкой маэстро...