— Тише, Марло, тише.
— Конченый урод... Я ненавижу его, Дрэйк!
— Джинет, он в своём мире. Не обращай внимания. Завтра всё поменяется.
— Нет, не поменяется. Болески оставил меня только до конца сезона, а потом прогонит.
Я заплакала, утыкаясь носом в его шею. Он слегка пах потом, смешанным с прохладным парфюмом.
— Потом не значит сегодня. Милая Джинет, не плачь. Если бы хоть что-нибудь зависело от меня, я сделал бы тебя примой!
Я рассмеялась и поцеловала его в щёку.
— Спасибо и извини за сопли на твоей футболке.
Он мягко улыбнулся, поцеловав меня в лоб.
— Прогони все мысли. Знаешь же, в нашем мире всё переменчиво.
Я кивнула, пытаясь прийти в себя... Жизнь, как мне казалось, преобразилась, но всё это было лишь иллюзией. В моей жизни накопилось слишком много проблем, и за один день их не решить. Я выхожу из гримёрки последняя. Скоро приедет Венсан, и я не хочу, чтобы он долго меня ждал. Блуждая в своих мыслях, я не замечаю Болески. Он появился из-за угла, и я едва не столкнулась с ним. Подняв на мужчину заплаканные глаза, я с трудом сдержала новую порцию слёз. «Не смей, Джинет! Не нужно кормить это чудовище страданиями!» Я задрала подбородок и облизнула губы.
— Как дела, Марло? — спрашивает Болески высокомерно, сжимая в руке связку ключей.
— Лучше всех.
Я с трудом растягиваю губы в улыбке. Она напоминает гримасу, которую долго носили на карнавале и которая покрылась трещинами. Болески слегка прищуривается, но у меня больше нет сил выносить его присутствие. Я плетусь к выходу, он следует за мной, отставая на несколько шагов. Оказавшись на улице, я осматриваюсь, пытаясь разыскать машину Венсана.
— Джинет, — я оборачиваюсь, — уделите мне несколько минут...
— Не могу, — перебиваю я его высоким от напряжения голосом. — Рабочее время закончилось, и, выходя из театра, я вас не знаю, господин Болески.
Мне страшно, но я держусь до конца и, выпрямив спину, иду к кованым воротам... В этот момент Венсан останавливает машину на другом конце дороги, и я перехожу на бег, задыхаясь от боли. Ролан поджег крылья моим мечтам, и я не смогу вынести ещё одного оскорбления. Венсан словно чувствует мое настроение. Он выходит из машины, и я падаю ему на грудь, цепляясь за шею. О господи, как же хорошо, что он есть в моей жизни!
— Кошка, ты чего?
— Увези меня отсюда скорее, — шепчу я, боясь, что Ролан догонит меня и вырвет из рук Венсана. — Скорее.
— Садись в машину.
Он заботится обо мне, как о ребенке, и я чувствую, что меня вот-вот прорвет. Смахнув со щеки слезу, я не даю ей упасть. Венсан пристегивает меня и строго рассматривает мое лицо.