Завтраки и обеды в школьной столовой радуют своим наличием, иногда они вкусные вполне, иногда — не очень. Завтрак — двадцать копеек, обед в полтора раза дороже, голодным не останешься, правда в сон от переедания после такого правильного обеда не клонит.

В общем, идет у меня самая нормальная жизнь советского школьника, без всяких лишних волнений. Спать голодным никто у нас не ложится, как у проклятых буржуев, что мы доподлинно знаем из политинформаций.

Мы — настоящие дети застоя, жизнь кажется стабильной, простой и довольно скучной. Впереди — учеба, у кого-то в институтах, кто-то пойдет в техникумы, кто-то опустится на самое дно социальной лестницы, отправит­ся в фазанки и хабзаи, профессиональные училища или сразу начнет работать, как тот же наш одноклассник Мамаев, один из заядлых двоечников.

Мать у него работает уборщицей, старший брат уже сидит за что-то, классический такой образ дворового гавроша.

Ну, так думают остальные, кто готов долго учиться и получать серьезное образование. Хотя я знаю много случаев, когда простые рабочие парни живут обеспеченнее и привольнее образованных инженеров и руководителей. А уж люди с руками всегда на разрыве спроса, весь вопрос только в том, умеют ли они употреблять правильно различные булькающие подгоны от благодарных клиентов.

У меня самого знакомые парни в гаражах — я бы сказал, просто гении в части ремонта и диагностики машин, столько мне серьезных проблем решили, даже не напрягаясь особенно.

Впрочем, время уже на дворе такое, когда бармены, официанты, швейцары, мясники, мастера по ремонту обуви, да даже просто приемщицы из пунктов ремонта обуви и одежды, специалисты по ремонту телевизоров, приемщики посуды в своих ларьках и еще много, много кто другие живут на порядок лучше и первых, и вторых, хорошо образованных и совсем неграмотных.

В позднем социализме правильные связи решают все! И еще — для долгой и успешной трудовой деятельности обязательно требуется делиться повышенными доходами с начальством, с многочисленными проверяющими и контролирующими органами. Я сам данное положение вещей точно знаю, собираюсь двигаться именно в таком направлении.

Поэтому уже через пару недель в субботу мы со Стасом катимся на утренней электричке и вылезаем на той самой станции Ульянка. Там смотрим по сторонам и быстро замечаем, куда движется народ довольно густыми толпами, делая вид, что вообще не замечают друг друга. Пере­лезаем через двойную большую трубу, непонятно зачем отделяющую сам пустырь от проезжей части. После чего выходим на большую территорию, где находится нелегальный рынок.