Когда-то наблюдал такую картину каждый день, теперь же только тогда, когда приезжаю в гости к родителям, правда, давно уже у них не оставался спать.

«Мы так с папкой хорошо выпили, что ли? Такое дело немного объясняет происходящее, что я ничего не понимаю и вижу странные сны», — высказываю первое предположение.

— Наверно, я у них заночевал, — решаю я, забыв на время про кресло из далекого прошлого и небритое лицо с тонкими руками.

Впрочем, зачем мне здесь спать, когда до моей квартиры пятнадцать минут пешком. Дома любимый компьютер с новостями и танчиками, а я люблю ходить ногами, пусть по ночному городу, да с той же машины почти никогда не слезаю. Как сел на первую в девяносто четвертом году, так и не слезаю, поменяв их не одну сотню под своей бывалой задницей.

Но и перепить я тоже мог, много-то мне не требуется, не та конституция к алкоголю по жизни. Однако ни привкуса во рту, ни знакомого чувства ослабевшей координации после выпивки не имеется, такое я точно чувствую.

— Значит, точно не пил ничего, — сказал себе почему-то незнакомым тонким голоском.

Две широкие полосы знакомой дороги перед глазами, занесенные снегом и только одна расчищенная колея от проехавшей, как я и думал, снегоуборочной машины.

Светят несколько фонарей и едва освещают саму дорогу желтым светом, от которого я тоже давно отвык. Теперь фонари светят белым, гораздо более ярким светом от китайских диодов.

И тут я понимаю, что серьезно туплю сейчас, наверно, все-таки выпил лишнего или с головой все же есть какие-то серьезные проблемы.

Ведь на балконе тоже густо лежит снег, а откуда он может лежать, когда родители уже лет пятнадцать, как закрыли весь балкон пластиковыми окнами и панелями наглухо. Поэтому снег теперь здесь не должен появиться даже теоретически.

Нет, балкон полностью открыт всем ветрам, а я отчетливо понимаю — что-то здесь явно не то и не так обстоит.

«Отсутствие щетины, тощие руки и грудь, старое кресло из прошлого, пропажа застекленного балкона», — перечисляю я себе имеющиеся сейчас странности.

Еще теперь я чувствую, что балконная дверь снизу очень неплотно прилегает к косяку, на босые ноги сифонит ледяным воздухом с улицы.

— Как это было раньше, — невольно вспоминаю я те времена, когда балконная дверь была из дерева, советской такой конструкции, а не гладкая пластиковая.

Как я чувствую ее под рукой именно сейчас.

Теперь я уже не хочу дальше задавать себе вопросы, на которые не получаю никаких ответов. Поэтому сразу же шагаю из комнаты, попадаю в знакомый темный коридор. На ощупь нахожу тройной пакетник выключателя и нажимаю крайнюю клавишу, которая предназначена именно для ванной.