«Придется ехать в Ленинград сегодня, так получается», — понимаю я.

Расписание электричек написано на бумажке около зеркала, я успеваю еще на двенадцать двадцать. Поэтому оставляю им ключ от квартиры и убегаю на электричку, прихватив с собой пару бутербродов с сыром и колбасой. Еще «Три товарища» Ремарка, как раз перечитаю по пути, чтобы пара часов в каждую сторону пролетела вообще незаметно.

Путь до станции и дорога до Балтийского вокзала прошли, как обычно, по вагонам прогулялись пограничники, проверяя документы у взрослого народа. У нас тут погранзона почему-то имеется, наверно, чтобы дети генералов на самой настоящей заставе послужили, только не в тайге, а именно здесь, под самим городом Ленинградом.

Поэтому все не так просто, впрочем, пограничники досконально документы не проверяют. В основном потому, что точно тогда не успеют до конца зоны своей ответственности, где они пересаживаются на обратную электричку в Лебяжье.

Их всего трое, а вагонов двенадцать, документы народ не так быстро из карманов и сумок достает. Все же не родная милиция спрашивает, а обычные срочники, поэтому показывают с определенной неохотой, тоже не особо понимая, зачем требуется подобная проверка здесь. Поэтому погранцы спрашивают больше выборочно, у подозрительных с их точки зрения людей.

Была у меня с ними стычка, когда лежал в госпитале и без документов решил прокатиться домой. Поэтому пришлось продемонстрировать полученные на секциях навыки, чтобы избежать задержания, ведущего к залету в самоволке и возможному отчислению из училища. Боялся больше всего того, что мужики со стороны вмешаются и помогут сдать нарушителя погранрежима, а не самих срочников. Поэтому сначала ушел под конвоем подальше от электрички, а уже потом показал конвоирующему меня служивому, где раки зимуют, в совсем укромном от посторонних взглядов месте.

Аккуратно сунул ему в ничего не подозревающую челюсть, парень завалился, я просто убежал обратно через перрон в лес.

На Балтийском спускаюсь в метро, еду на канал Грибоедова, раньше часто там выходил. Иду мимо Казанского собора, смотрю на «Дом книги», дом Зингера, сейчас он не такой красивый, но тоже очень ничего. Место смерти Александра Второго отсвечивает макушками луковичных куполов в строительных лесах.

Прохожу по набережной реки Мойки до Исаакиевской площади, там нахожу улицу Союза Связи, вот она как сейчас называется. Прогуливаюсь по ней, в каждый попавшийся почтовый ящик кидаю по два разных конверта, чтобы не совпадали места назначения. Через десять минут образно отряхиваю руки и мимо Дома Архитектора, где как-то побывал на шикарной вечеринке, организованной японской фирмой фототоваров, спешу обратно к метро по другой стороне набережной реки Мойки.