— Пожалуй, что нет. И так поднимем по пять сотен, мы бы за целый год столько там не заработали на перепродаже, причем, еще даже не понятно, чего именно.

— Ну, столько бы заработали, скорее всего, однако поймали бы нас несколько раз, причем со всеми вытекающими последствиями. Да еще кататься каждую неделю туда-обратно по выходным надоест очень быстро, так что лучше синица в руке, да еще такая жирная, чем непонятный журавль в небе, — подвожу я итог наших переговоров.

И вообще, как говорил Черчилль: если человек не способен даже украсть — он не способен на великие свершения!

Дальше мы вылезаем в Ораниенбауме и ждем нашу электричку, снова попивая кофе с молоком и уплетая сдобу в виде пирожков в кафе местного вокзала. Мои сапоги и ботинки Стаса немного подсохли, уже не так мешают радоваться жизни.

«Однако мы проходили в абсолютно сырой обуви весь день», — поэтому я ожидаю серьезных проблем со здоровьем и для себя, и для приятеля.

Дома оказываемся после семи вечера, хорошо, что при советской власти электрички ходят почти каждый час, еще никто не думает о прибыли и лишних расходах. Я провожаю Стаса к нему домой, чтобы отвлечь внимание его матери в первые минуты, и чтобы он смог спрятать деньги. Ну, чтобы его сразу не принялись сурово воспитывать.

У меня дома все проходит нормально, я предупредил родителей, что поехал искать себе ПТУ для дальнейшей учебы. Теперь даже продемонстрировал им книгу с названием «Все ПТУ Ленинграда в 1982 году», которую уже успел купить в нашем книжном.

Сам ее начинаю штудировать время от времени в поисках самых подходящих вариантов. Выбор довольно большой, конечно, нужно отобрать пяток фаворитов и все их навестить лично. Насколько я сам помню, богатые ПТУ хорошо жили при каких-нибудь крупных предприятиях, которым позарез требовались рабочие к станкам и конвейерам, на прокладку метро и прочие тяжелые промышленности города-героя.

В таких путягах общежития весьма благоустроенные, кормят учащихся в столовой отлично, стипендии повышенные, еще форма та же имеется. И даже пайки в качестве поощрения выдают, часто с импортными продуктами стран СЭВ. Еще со спортивными секциями и кружками тоже все отлично, занимайся — не хочу, будущий рабочий человек.

При этом учиться не заставляют от слова совсем. Если просто ходишь на занятия, где не достаешь учителей тупыми вопросами и вызывающим поведением, сразу становишься кем-то типа хорошиста. Если же еще что-то записываешь в тетрадку под диктовку и иногда по делу отвечаешь — тогда просто отличник и лучший ученик в классе, а то и на всем потоке.