- Я так тебя люблю, пап… - срывающимся на плач голосом, - Ты самый лучший…
- И я очень тебя люблю, - он с заговорщическим видом приложил палец к губам, - Давай пока мама не видит, еще по дольке шоколада?
Поблизости раздались шаги.
Мы оба вздрогнули, неестественно быстро повернув головы - отец так резко подскочил, что шоколадка полетела на пол. Только тогда я увидела - его рубашка промокла на спине. Очевидно, папа переживал гораздо сильнее, чем я…
Доктор вышел из операционной, медленно снимая перчатки. Его халат был в едва заметных пятнах, а под глазами залегли глубокие тени. Мужчина снял маску, его лицо вдруг озарилось усталой улыбкой.
- Поздравляю! У вас хоть и крошечный, но богатырь. Дышит сам, кричит!
Я протяжно выдохнула, испытав самое большое облегчение в своей жизни.
Мой братик родился!
Отец дрогнул – его плечи подались вперёд, словно из них вынули стальной стержень, державший его все эти мучительные часы ожидания. Он резко шагнул к доктору, крепко его обнимая.
- Пока малыш будет находиться в патологии новорожденных, набирая вес, но самое страшное позади.
- Как Маша? – голос папы звучал неестественно хрипло.
- Она в порядке… Но была не самая простая операция, сами понимаете, учитывая срок. Сейчас Мария еще спит.
- А можно… Можно ее увидеть?
Доктор положил руку отцу на плечо.
- Павел, ей нужно время… Организм вашей жены перенес серьезный стресс, – доктор вздохнул. – Знаете, она молодец. Всю операцию боролась, даже под наркозом… Руки в кулаки сжимала, будто дралась за сыночка.
Мы с папой обменялись горделивыми взглядами.
Да, мама у нас такая, боец – подарила миру четвёртого ребенка!
- Идите пока, выпейте кофе. Через час я сам проведу вас и к ней, и к сыну. Посмотрите через окошко.
Отец кивнул, и по его щеке, наконец, скатилась та самая скупая мужская слеза, которую он сдерживал все это время. Я обняла его, чувствуя, как дрожит его спина.
- Спасибо, – прошептал он доктору, медленно опускаясь на скамью.
Он провёл ладонью по лицу и вдруг рассмеялся – тихо, с облегчением.
Я села рядом, и какое-то время мы, молча, сидели, слушая, как где-то за стеной пищат мониторы, не утихают шаги медсестёр, а вдалеке, за окном, город живет своей безумной жизнью, не подозревая, что здесь, в этом перинатальном центре, семья Левицких только что вновь обрела такой долгожданный покой.
- Кофе пить пойдем? С шоколадкой? – папа вымученно улыбнулся.
- Ты иди, а я поеду домой пацанов кормить. Их скоро привезут с занятий. Успокою их, наконец. Ты ведь сегодня снова здесь останешься?
В последние дни отец арендовал семейную палату, ночуя с мамой.