— Как же обращаться к тебе теперь, сын… э-э-э… ваша милость?
— Обращайся ко мне лейтенант де Сенеген. Или просто лейтенант, или господин. Это всех касается. И хватит об этом. Стефан, где повозка, на которой я доставил специи?
— Повозка стоит возле башни, господин. Для чего она вам?
— А тысячу с лишним ливров мы на себе потащим? Ну, чё задумался, сосчитать не можешь?
Брат Стефан потёр подбородок.
— Повозка стоит на том же на месте, господин лейтенант, где вы её оставили. Что ей станет? Но дело в том, что волов, которых в неё запрягали, больше нет.
— Нет? А куда они делись?
— Монсеньор Томмазо позволил господину Роберу де Бодрикуру забрать их в знак благодарности за гостеприимство. Проще говоря, их съели солдаты, — развёл руками келарь.
Пришла моя очередь тереть подбородок. И как теперь быть? Интуиция подсказывала, что если оставить серебро на хранение Бодрикуру, то через неделю его обязательно растащат мыши, к гадалке не ходи, и я буду стоять перед отцом Томмазо мокрый и жалкий. Так что надо забирать. Но в карман полторы тысячи ливров не положишь, в пересчёте на метрическую систему, там почти двести пятьдесят килограмм. Сука, это ни хрена не мало! Возможно, Бодрикур намеренно нахамил мне, чтоб довести дело до такой ситуации, дабы я оставил серебро в замке, а уж он нашёл бы способ прибрать его к рукам.
Но вот шкуру ёжика ему на воротник!
— Щенок, дуй на конюшню за нашими лошадьми, навьючим на них. Есть у тебя подходящая тара, Стефан? Какие-нибудь мешки?
— Есть, господин лейтенант. А что делать с повозкой?
— Продай. Знаешь кастеляна замка? Вот ему и продай.
— Он много не даст, ужимистый.
— Вытяни с него сколько сможешь. Пусть мелочь, но в хозяйстве сгодится. Нам теперь много денег понадобится.
[1] Шлем, напоминающий шляпу, удобный и дешёвый, благодаря чему завоевал популярность в пехоте и ополчении. Существовало большое количество вариаций данного шлема.
Сборы много времени не заняли. Оседлали лошадей, ссыпали в мешки ливры, взяли кое-что по мелочи. Бодрикур наблюдал за нами из дверей донжона. Его раздражало, что серебро мы забираем. Уверен, ссора специально была затеяна с целью выжить меня из замка. Непонятно только, с чего он решил, что деньги я оставлю ему. И конечно же тут была замешана ревность. Как он смотрел на нас с Марго во время обеда с Нуаданом! Я выбирал для неё лучшие куски, она улыбалась, благодарила. Такое не прощается. Два самых сильных чувства — любовь к женщине и любовь к деньгам — перемешались. Два в одном. Думаю, мы ещё дождёмся от него пакостей.
Из башни вышел Макфэйл.