С этими словами Ликвидатор отодвинул меня в сторону и забрался в машину. Мне не оставалось ничего другого, кроме как лезть следом.

Естественно, до самого дома мы молчали. Каждый думал о своём. Не знаю, какое «своё» у Романовского, а я упорно возвращался мыслями к матери.

Что за хрень? Что за долбанная хрень? Почему она не сказала мне сразу про способности? Хотя…Она и без того слишком многое мне не сказала. Тут с полковником не поспоришь. Какая теперь разница по большому счету? В первую очередь мне надо выяснить детали прошлого родителей. Уверен, в этом кроется самое главное. То, что Ликвидатор упорно от меня скрывает. А он именно скрывает. Тянет время. Подсадить меня на крючок хочет? Да. Это несомненно. Однако есть еще что-то. Романовский будто опасается правды, которую я узнаю.

В общем, пока машина не оказалась возле особняка, я без особого на то желания, один черт пытался анализировать жалкие крохи информации, которые у меня имеются.

А надо бы думать совсем о другом по-хорошему. Например, как смыться на встречу с Настей.

Но когда Романовский небрежно поинтересовался, чем я буду заниматься, ответил ему именно так. Мол, пойду в комнату, закроюсь и лягу спать.

Судя по спокойной реакции, мои слова подозрения не вызвали. По большому счету, чего ему переживать? Дом находится под хваленой защитой особистов, из него без разрешения Ликвидатора не выберешься. Куда я могу деться? Так, по крайней мере, рассуждает Сергей Сергеевич. Но…он все-таки сильно меня недооценивает.

Я проводил взглядом автомобиль, который выехал обратно за ворота, а потом вошел в дом.

Ангелина сидела на своем излюбленном месте. В гостиной на диване, напротив большой плазменной панели. Пялилась на экран, где судя по умывающейся слезами женщине и рыдающему смазливому мужику, показывали какую-то трогательную историю любви.

— Ты прямо как на дежурстве… — Бросил я в ее сторону, проходя мимо.

Она тоже бросила. Пульт. Прямо мне в голову. Я чудом успел увернуться.

— Эй! Психованная! Башку лечи, дура!

Грубо? Ну, да. Однако приятного мало, когда тебе в темечко летит достаточно увесистый предмет.

— Ты был с отцом⁈ — Романовская пулей соскочила с дивана и в одну секунду оказалась рядом со мной. Замерла, уставившись мне в лицо злым взглядом.

— Слушай…спроси его сама. Реально…Вы меня оба достали. И твой папочка, и ты. — Я развернулся, собираясь уйти наверх, в свою комнату.

Мне надо очень хорошо, а главное, очень срочно подумать. Время идёт и пока нет никакой идеи, что сделать для своего побега. Просто так выйти через ворота мне никто не даст. Соответственно, нужен другой вариант. Но какой?