— Антон, я прекрасно помню, о чем мы договаривались. Мне не нужно говорить об этом дважды. Я — человек слова. Твой спасенный псионик никуда не денется. Еще раз повторяю, он в Отделе, под присмотром. Хватит уже повторять одно и то же. Сейчас перед нами стоит другая задача. Спокойно отправиться на бал. И…
Полковник осекся, а затем посмотрел на меня с таким кислым выражением лица, что в какой-то момент я даже заподозрил, он все-таки скажет это вслух, переступив через свою долбанную показную интеллигентность.
Отправиться на бал и не обосраться там. Вот что было написано на физиономии Ликвидатора. Именно это ему, похоже, сильно хотелось произнести вслух. Однако, настойчивое желание выглядеть на порядок выше всех окружающих, оказалось сильнее истинных порывов души. Поэтому Романовский крамольную мысль проглотил вместе со словами.
Хотя, более точного определения предстоящему мероприятию подобрать сложно. И я сейчас не про сам бал. Я про то, каким клоуном мне придется выставить себя. А, нет! Не себя. Меня, Бориса Рубцова, на данный момент вообще не существует. Я умер. Так что в первую очередь предстоящий бал грозит потерей репутации Романовским. Пожалуй, только эта мысль сдерживала злость, которую я испытывал по поводу того, что мне предстоит сделать. Мелочь, вроде, а приятно. После сегодняшнего вечера, наверное, только ленивый не ткнёт пальцем в Великого и Ужасного Ликвидатора, чей племянник устроит на официальном празднике императора настоящим цирк.
А я ведь даже забыл о том, что грядёт этим вечером. Правда Полковник тоже особо, мне кажется, не думал об этой ситуации. События последних дней несколько отвлекли мое внимание и внимание Романовского от Наследников. Слишком много было волнений. Я вообще, если честно, настолько погрузился в перипетии, связанные с псиониками всех мастей, что о другом просто не было возможности думать. К примеру, вчерашний пацан.
Ну, да, я его спас. Это очень странно, кстати. Очень. Ощущения непередаваемые. Как оказалось, одна из пуль, выпущенных в бедолагу, реально угодила ему прямо в сердце. Так вот… Восстанавливать органы постороннего человека, это, скажу я вам, кропотливое и муторное занятие. Гораздо проще — финал всей работы, когда нужно запустить организм заново. В конкретном случае — сердце. Заставить его качать кровь и нормально функционировать легче, чем залатать непредусмотренные человеческой физиологией дырки. Особенно интересно в данном случае, что я-то ни разу не доктор. Чтоб использовать психометаболизм, мне пришлось изрядно напрячься, вспоминая, как вообще оно выглядит, это сердце.