Только когда увидел прямо перед собой то, что осталось от головы блондинки, ее шею, плечи и все остальное, сообразил, лежу на полу, щекой на мраморных плитах. И смотрю на мать псионика, которая валяется совсем рядом.
А потом свет стал гаснуть. Прежде, чем мои глаза совсем закрылись, я успел увидеть, как на коленях ко мне подъехал Романовский. Кровищи вокруг было столько, что он реально подъехал. И все. Потом наступила темнота.
Темнота стала совсем плотной. Я моргнул один раз, второй. Понятия не имею, зачем. Что именно я хотел рассмотреть в черной, окутывающей меня пелене.
— Что за херня…
Высказался вслух, потому как реально обалдел. Только что мое сознание затягивало в абсолютную, кромешную ночь, даже ноги и руки перестали слушаться, а теперь… Вокруг снова было светло. Все тот же торговый центр. Пустой этаж. Разбитые витрины магазинов, валяющаяся мебель. Напротив стоит пацан, перед ним на корточки присела мать.
— Семен, им нельзя верить. Помнишь? Мы говорили об этом. Вспомни наш второй вариант. План «Б». И…Мы с папой тебя очень любим. Никогда об этом не забывай.
Блондинка начала подниматься на ноги. Я сделал шаг назад. Какое-то долбанное дежавю.
Что за херня происходит? Совсем недавно все это уже было. И пару минут назад меня каким-то удивительным, абсолютно неведомым способом убили. Точно убили. Я знал на сто процентов, что умер. Какого черта⁈
— А-а-а-а-а…– Заорала блондинка и бросилась ко мне.
— Идите на хрен! — Заорал я и бросился совершенно в другую, противоположную от мамаши псионика сторону. Какая бы ерунда не произошла в моей башке, но она явно приключилась не просто так.
Я срочно нуждался в двух минутах времени. Даже в одной. Мне необходимо было сообразить, какого черта происходит.
Я видел будущее? Очень плохой вариант его развития? Вариант, в котором погибнем мы оба, и безумная тетка и я? А пацан, соответственно, станет свидетелем смерти матери.
Учитывая, что молодой организм всяко крепче и шустрее, чем взрослая женщина, мне удалось в два прыжка доскочить до ближайшей колонны и спрятаться за нее. В ту же секунду, на автомате я создал образ себя самого. Вернее, Лерманова.В отличие от меня настоящего, иллюзия продолжила бежать вперед. Буквально сразу, следом за несуществующим Антоном, мимо той колонны, за которой я притаился, понеслась мамаша псионика. Она не заметила подмены. Ну, и славно. Пусть пока побегают кругами. Я должен сообразить, что происходит и как быть дальше.
У блондинки в кармане, получается, лежит флакон, с какой-то опасной ерундой. Порошок, который отключил меня. Отключил не на время, а полностью. Очень любопытно, почему столь важный момент ни разу не всплыл в нашем с Романовским разговоре. Неужели полковник не знает о существовании оружия, которое способно убивать псиоников. Ясное дело, раз блондинка швыряла флакон в меня, значит, и предназначен порошок не для обычных людей. Ликвидатор должен владеть этой информацией. Он же, блин, Ликвидатор!