Ильяс улыбнулся:
— У тебя такое выражение лица, как будто я предложил что-то из ряда вон выходящее.
— Но это и так… — начала было Люда, но осеклась, сообразив, что получается, будто никто никогда не звал ее замуж, и, хотя так оно и было, Ильясу об этом знать совсем необязательно. — Нет, просто я думала, что мусульмане женятся только на мусульманках, — выкрутилась она.
— Нет, не только, — Ильяс ласково взъерошил ей волосы и Люда вдруг со всей отчетливостью поняла, что он не шутит. Ей делают настоящее предложение и надо что-то отвечать. Отчего-то вдруг стало страшно.
— Слушай, но мы же с тобой почти ничего друг о друге не знаем, — сказала она.
— Я знаю о тебе достаточно, — серьезно произнес он. — А что хотелось бы узнать тебе?
— Ну… не знаю… Расскажи о своей семье.
— Отец умер шесть лет назад, так что сейчас у меня остались мама и двое сестер. Сестры уже замужем и успели подарить матери четырех внуков и трех внучек.
— Каждая? — хмыкнула Люда.
Ильяс улыбнулся:
— Нет, на двоих.
— И что, вы все вместе живете?
— В одном селе.
— А как оно называется?
— Большие Метески.
— А…это где?
— В Татарстане, — он обнял ее: — если ты не любишь большие шумные города, тебе у нас понравится. Там много зелени, природа красивая… озеро, холмы.
— И что… если вдруг мы все-таки решим пожениться… мне обязательно надо будет к вам ехать? — осторожно спросила Люда. Перспектива жизни рядом с будущей свекровью и двумя золовками, совсем ее не радовала. Они же наверняка хотят в жены Ильясу девочку из благополучной семьи. Например такую, какой была Аня.
Люда вдруг подумала, что на самом деле всю жизнь завидовала сестре за то, что у той была нормальная семья и ей не приходилось краснеть от стыда, когда мать вдруг заявлялась в школу пьяная «в сосиску» и не начинала гнать всякую пургу. У Аньки все было путем: походы в театр, выезды в санатории от НИИ, где дядя Миша работал старшим научным сотрудником, и воскресный пирог… Они же с мамкой всегда были темным пятном на безупречной репутации семьи.
— Конечно, — голос Ильяса отвлек Люду от мрачных мыслей. — Сначала для представления маме, а потом…
— Подозреваю «потом» уже не будет, — усмехнулась она. — Я не из тех девушек, которые нравятся мамам.
— Моей понравишься.
— Почему ты в этом так уверен?
— Потому что я тебя выбрал.
— А… ну… ну ладно.
Они помолчали.
— У нас есть традиция, — опять заговорил Ильяс, — что когда невесту вводят в дом, мать жениха кладет ей под ноги подушку, чтобы будущая жизнь была мягкой.
— Хорошая традиция, — улыбнулась Люда, — добрая. А как по вашему будет «Здравствуйте, мама».