— О нет, — чиновник будто ждал такого моего предложения и вдруг резко сменил тон разговора на более нейтральный. — Как раз от этого Паша меня всячески отговаривал. Он мужик бесстрашный, мы с ним не одну бочку дёгтя вместе вылакали, но когда он сказал, вот как ты сейчас: «неопровержимые доказательства», я услышал в его голосе опасения. Даже не представляю, чего Пашка может опасаться, но мне оно и даром не надо.

— Ваше решение, Пётр Максимович?

— Ладно, — махнул рукой чиновник. — В конце концов, не такие уж большие деньги полмиллиона, дружеские отношения со старым приятелем дороже. Хрен с вами, получите своё вознаграждение. Да и не похожи вы на разводил.

Последнюю фразу он добавил уже повернувшись к нам спиной и шагнув к выходу.

— Ещё минутку, — позвал я его.

— Что?

— Работа оказалась более сложной, чем я предполагал. С вас ещё одна услуга.

— Ну ты и наглец…

— Это не займёт много времени и не будет дорого стоить.

— Ну, излагай.

— Вы знаете сгоревшие развалины недалеко от поместья?

— Пожарище, что осталось от дома старого егеря?

— Оно самое. Наймите бригаду рабочих, пусть выдернут всё, что может гореть и сожгут, а то, что гореть не может пусть закопают там же и сровняют всю площадку с землёй. Потом пригласите священника, пусть освятит место. Вот этого священника, — я порылся в груде своей грязной одежды на полу, выудил из кармашка визитку архимандрита Николая и протянул чиновнику. — Он не возьмёт с вас денег, а заодно покажите святоше своего сына, но это уже только добрый совет, не услуга.

Пётр Максимович брезгливо взял промокшую визитку двумя пальцами, глянул имя.

— Где-то я про него слышал.

— Это не важно, главное, что он сделает всё что нужно правильно.

— Ну хорошо, — кивнул чиновник. — Это действительно не займёт много времени. Сделаю. Ещё что-нибудь?

— Ещё один вопрос, если позволите. Что в заповеднике делают охотники?

— Каком ещё заповеднике? — удивился Пётр Максимович.

— А мы разве не на территории заповедника?

— Это охотугодье…нского района, — пояснил чиновник. — А заповедник с северной стороны озера начинается. У нас тут вообще всё сложно, — вдруг разоткровенничался Пётр Максимович. — На озере границы четырёх районов сходятся, так что постоянная неразбериха с земельным хозяйством и зонами ответственности, да и с полицией, честно говоря тоже. Любят они друг на друга дела спихивать, говорят однажды труп утопленника целую неделю по озеру курсировал, постоянно «отплывая» от границы одного района и прибиваясь к границе другого. Анекдот прямо.

— Спасибо, это многое объясняет.

— Что именно?