— Попробую выиграть для нас несколько дополнительных секунд. Встань рядом и готовься к неприятностям, не факт, что у меня получится. Давно не практиковался.

— Не практиковался в чём? В беге?

Оставив вопрос напарника без ответа, я направился к ребёнку, на ходу разминая пальцы левой руки. Ладонь постепенно покрылась морозным узором, а на коже проступили ледяные белые струны от запястья к кончикам пальцев.

Сынишка чиновника терпеливо смазывал велосипедную цепь и деловито прокручивал педали автомобильчика. Меня он словно не замечал. Даже когда я присел рядышком, всё его внимание было сосредоточено на тряпице вымоченной в машинном масле, которой он основательно продолжал протирать звенья.

Лишь когда моя ладонь вспыхнула светло-голубым светом малец что-то почувствовал, с подозрением поднял взгляд, но в ту же секунду я приложил горящую призрачным пламенем руку к его лицу. Пламя встрепенулось, удлинившиеся языки прилипли к детской коже и ребёнка затрясло в конвульсиях. Пришлось подхватить его под руку, чтобы не свалился навзничь и не разорвал контакт. В глазах мальчика заплясали голубые точки, разгоняя поселившуюся в расширенных зрачках темноту.

Чёрная кривая нить за спиной ребёнка стала медленно истончаться. Она посветлела, вытянулась тонкой стрункой. Вот-вот лопнет. Я немного ослабил натиск, чтобы ненароком не порвать её, а медленно, осторожно развеять, и натяжение немного уменьшилось.

Время от времени голубой огонь под ладонью разбавляли всполохи языков оранжевого пламени вырывающиеся из глаз, ушей и рта малолетнего клиента — поселившаяся в нём сила лича пытается дать отпор морозному дыханию этажей. В такие мгновения кожу неприятно обжигало, но терпеть можно.

Чёрная нить у шеи мальчика стала совсем прозрачной и тонкой, провисла до самой земли. Ещё секунда и она развеется без отката. Должно получиться.

Неожиданно она снова резко натянулась.

Пык.

Словно посмеявшись над моей надеждой, эфемерная струна лопнула. Не так чтобы очень громко, но явно. Мальчик закатил глаза, выдохнул облачко пара и расслабился, бессильно повиснув на моей руке. Я перекинул его через плечо и рванул к пирсу на ходу выдохнув:

— Бежим.

Но задорного топота за спиной не расслышал. Антон остался прикрывать мой отход. Похвальная отвага. Приятно когда твою спину прикрывает храбрый напарник. Боюсь только, местный лич не оценит мужественности такого поступка.

С грохотом рассыпались черепица и брёвна, резким звоном лопнули стёкла. Над моей головой пролетела горящая доска, вращаясь и оставляя в воздухе дымный след. Я немного пригнулся и попытался ещё больше ускориться — не простая задача, когда у тебя на плече лежит человек. Ещё довольно молодой, но уже упитанный — в папашу министра удался.