И правда, в лагере сэр Рэй Мальгерб увидел, как его воины ожесточенно стучат ложками по дну мисок, выгребая все до последнего куска. Рыцарю не пришлось долго ждать, и, получив горячую порцию от оруженосца, он присоединился к трапезе. Уиль­ям же стоял у края лагеря, чумазый и облепленный высох­шей грязью, и рылся в седельном мешке в поисках чистой одежды. Читающий какую-то книгу граф время от времени кидал на него любопытные взгляды. Леонарда с Эметтой не было на месте, и, вполне возможно, они уединились где-то меж холмов.

Отыскав полный набор чистых вещей и холстину, Уиль­ям побрел вдоль широко разлившейся реки. Иногда в стороне то тут, то там встречались вздыбившиеся к небу одинокие каменья. Некоторые из них имели причудливые формы, что всегда в беспокойных умах посреди ночи рисует образы чудищ. Вон тот камень слева, высокий, тонкий, в полтора васо, изогнут так, будто готовится к хищному прыжку с холма.

Успокаивая себя, что он сам, в общем-то, чудовище и подобных ему теперь нет смысла остерегаться, Уиль­ям подошел к кромке реки и оглянулся. А когда удостоверился, что опасности нет, разделся. Река в этом месте была глубока — быстро подступила выше груди. Вода холодила, и, стараясь как можно скорее закончить, Уилл окунулся, смыл грязь с волос. В­се-таки, какими бы спокойными ни были равнины, что-то в них пугало… Они казались неживыми, демоническими, не желающими, чтобы посторонние топтали их землю своими ногами.

Тут о его ступню что-то потерлось. Он вздрогнул. Рыба? Нет, нечто провело по бедру, в паху, потом на миг скользнуло по спине. Ледяной страх сдавил его. Ничего не видя под собой из-за мути, Уиль­ям уже изготовился броситься к берегу, но из воды показалась обрамленная черными волосами макушка — и на него взглянули немигающие голубые глаза демоницы.

— О Ямес, это ты!.. — схватился за сердце Уилл и шумно выдохнул, успокоившись. — Вериателюшка, ты меня едва в могилу не загнала!

Ее нижняя половина лица оставалась в реке, отчего тинистая вода заливалась в ноздри, в приоткрытый рот. Уилл протянул руки, чтобы приобнять свою любимую демоницу, но та разогнулась и, обойдя его, вдруг резко толкнула в спину по направлению к берегу.

— Что такое?

Снова толчок.

— Да погоди. Я же не помылся до конца… Погоди, душа моя!

В ответ толчки только усилились, да так, что Уилл едва не рухнул в мутную воду, споткнувшись обо что-то. Препятствие, о которое он запнулся, неожиданно зашевелилось. К­то-то или что-то продолжало касаться ног, живота и спины. Побледневший рыбак уже сам ринулся из воды, высоко вскидывая ноги, пока Вериатель постанывала и рычала будто в никуда.