Дора тихо хмыкнула, даже как-то победно, а Мара покраснела то ли от недовольства, то ли от стыда.
Глядя на них, почему-то Алианетта каждый раз невольно улыбалась. Одна слишком спокойная, чуткая, но строгая, в то время как другая уж слишком гиперактивная, что не могла усидеть на месте, в карман за словом не полезет, да и в нос дать может. Так было всегда, одна заботилась, другая защищала. И чем-то по-своему они напоминали ей Гранта и Катэрию, каждая взяв общие черты своих родителей.
— Кстати, мам, хотела спросить, когда мы к тёте Финисии едем на ужин? Сразу после проверки или уже на следующий? — спросила тихо Дора. — Я хочу платье купить перед этим.
— А прошлые тебя не устраивают?
— Они немного… устарели. Я же не могу появиться перед государем и государыней в чём попало.
— И мне тоже тогда нужно! — встрепенулась Мара. — Я тоже хочу новое! А то тогда уже я на фоне всех буду выглядеть, как деревенщина.
— Вы будто на официальную встречу едете, а не на семейный ужин, — вздохнула Алианетта. — Думаю, на следующий. Надо собраться, переодеться, а там и Кален приедет из университета с Ликой. Уже все вместе соберёмся посидеть.
— А деда там будет? — спросила Мара.
— Нет, не будет.
И казалось, что обе вздохнули с облегчением. Вечно недовольный, ворчливый и постоянно стремящийся сделать какое-нибудь едкое замечание, он им не сильно нравился. Да и Алианетта была не сказать, что в восторге от него, пусть и не говорила это прямо.
Они вышли к особняку, большому дому, который не оставил и следа на себе о произошедшем в прошлом. Ухоженный, казалось, стоящий здесь уже сотню лет, он возвышался над лесом, будучи домом для Мары и Доры, что воспринимали его уже как само собой разумеющееся. И только Алианетта помнила его таким, какой он был в дни, когда семья Барбинери боролась за своё существование.
Сейчас от этого не осталось и следа. Аккуратные сады, идеально подстриженный газон, фонтаны — умиротворение и спокойствие. А ведь когда-то в прошлом две мелочи умудрились облазить его сверху до низу, найдя где-то старую ржавую гранату, осколок прошлых дней и чуть не доведя Алианетту до инфаркта, когда играли с ней в горячую картошку. Она тогда так кричала от ужаса, что сбежалась вся личная гвардия, в буквальном смысле собой закрыв детей от страшной игрушки.
Сейчас это воспринималось с улыбкой, но в тот момент ей было совсем не весело.
Они сели в челнок и уже очень скоро летели над лесами, которые за последнее время стали значительно спокойнее. А ведь где-то там тоже сохранились следы произошедшего, где-то там, заросшие травой и утонувшие в земле…