Семья, с которой началось восхождение дома Барбинери и которые погибли, сражаясь за него.
И две девушки, как бы трепетно они относились к могилам, не могли прочувствовать ту боль, что хранило это место. Тогда они были лишь детьми, чья память смазалась, а потом и вовсе стёрла воспоминания об ужасе давно минувших дней. Сейчас они лишь знали, что их родители погибли во время войны домов, встав на защиту государства против предателей.
— Так, ну всё, мы закончили, можно возвращаться, — встрепенулась темноволосая девушка. — Давай, а то опоздаем.
— Да-да… — медленно, даже слегка лениво произнесла светловолосая, медленно вставая с колен. Она коснулась надгробных камней по очереди и тихо произнесла. — Мы пошли, мама и папа.
— Мы ещё вернёмся! — её сестра была куда более шебутной.
Вдвоём они направились к выходу с кладбища семьи Барбинери, шагая по вымощенной камнем дорожке.
— Ну что, ты сказала, что ссосалась с тем патлатым парнем маме? — толкнула Мара сестру в бок, захихикав.
— Очень смешно, — фыркнула она. — По крайней мере, я не прогуливаю уроки.
— Уроки по физ-ре!
— Да какая разница, — слегка высокомерно задрала Дора нос. — Тебе бы оценки подтянуть.
— Охотницам не нужны оценки так-то! Главное — сила!
— Ну да, я и забыла, что мозг вам не нужен, — хмыкнула она.
Так, негромко, и даже любя переругиваясь, они подошли к выходу с кладбища, где их ждала женщина, которая заменила им мать.
Алианетту было не узнать.
Она изменилась, повзрослела и стала элегантной, чьи тридцать семь лет не отразились на её лице никак, лишь добавив того самого шарма взрослой женщины. До сих пор Голд, но в семье Барбинери её всё равно все считали родным человеком, особенно Дора и Мара. Шестнадцать лет она жила с ними, заботилась о них, и могла по праву называться их матерью. И пусть Алианетта ни разу и не просила так себя называть, дети, что выросли в красивых девушек, сами к этому пришли.
— Вы долго, — заметила она строгим тоном.
— Да Дора ябедничала мама, — хмыкнула Мара. — Мы же успеваем.
Та взглянула на часы.
— Это пока вы успеваете, но будете и дальше так телиться, точно опоздаем. Да и что-то в последнее время вы ведёте себя слишком фривольно. Может урезать вам карманные расходы?.. — последнее она произнесла задумчиво, посмотрев в небо.
— Ну ма!
— Не ма, Мара. Так, ладно, Дора, солнце, когда приедем, проследишь, чтобы Мара не напортачила нигде в документах, хорошо?
— Конечно, мам.
— Да в смысле⁈ — возмутилась Мара. — Это простая проверка дара что там напортачить можно⁈ Ты во мне сомневаешься⁈
— Как-раз таки в тебе я и не сомневаюсь, — улыбнулась Алианетта. — В том, что ты найдёшь способ.