Насколько рискованно брать Зигфрида и Грога, которые уже попадали под контроль сознания? Настолько же рискованно, насколько и идти одному. Здесь угадать невозможно, что ждёт нас впереди, а лишние два ствола могут перевернуть ситуацию с ног на голову.
Мы заходили в поместье с противоположной от въезда стороны. Обошли территорию по кругу, после чего зашли на территорию поместья Бруно через разрушенный забор, двигаясь по пояс в высокой траве. Три космодесантника в кружении сил природы, которую было невозможно ни понять, ни обуздать.
Темнота обволакивала, чувство опасности нарастало с каждым шагом, что мы приближались к разрушенному зданию. Людей не было совсем, никакой слежки, никакой охраны, никаких признаков жизни. Это давило ещё сильнее, чем их базы для создания марионеток.
Подходя ближе, я услышал хруст под ногами и опустил взгляд. Под ногами были какие-то детские уже давно выцветшие детские игрушки. Интересно, это осталось от тех, кто здесь жил, или от тех, кого они похищали для своих жертвоприношений?
Мы подошли к стенам поместья и здесь вели себя уже куда осторожнее. Как и предполагалось, внутри за стенами, что каким-то чудом устояли, были горы мусора: кирпичи, металлические балки, бетонные перекрытия, какие-то трубы, проводка. Ни единого намёка, что здесь бывали люди, хотя на стенах ещё остались выцветшие граффити, оставленные, по видимому, теми, кто сюда пришёл до захвата этого места сектой.
Но одно граффити меня заинтересовало. Не знаю, кто его сделал, но явно после того, как здесь обосновались хаосопоклонники.
«Здесь живёт зло» .
Ёмко и понятно.
Осторожно зайдя через разрушенную стену и шагая по руинам, мы внимательно осматривались, пока Зигфрид не окликнул меня:
— Слева, три часа.
Там через небольшой дверной проём, видимо, раньше используемый прислугой, чтобы входить-выходить, через груды обломков шла небольшая, но хорошо вытоптанная тропинка. Она вела, кажется, в единственную сохранившуюся комнату, которая была завалена.
А вот и вход.
Медленно мы направились к ней, держа оружие наготове.
Первым заглянула внутрь я.
Пусто. Пыль, грязь, кое-где пробивается трава, но никого и ничего. Это было что-то типа кладовой, судя по полкам, которые стояли у стен или свалились по центру комнаты. Но дальше за ней виднелся дверной проём, проход за которым спускался вниз.
Тихо двигаться в тяжёлой активной броне было невозможно, наши металлические шаги лёгким эхом отдавались в помещении, когда я подошёл к дверному проёму и глянул вниз. На пыльных ступеньках отчётливо виднелась тропинка.