— Буду иметь в виду, — приближаясь к Чижику, вежливо отказалась я и аккуратно высвободила ладонь. Приняла поводья из рук Вани и, не сдержавшись, саркастично добавила: — Если нужно будет кого-то припугнуть. Но сейчас мне необходимо поговорить со старостой, обсудить план вырубки деревьев и подготовку почвы к весенним посадкам.
— Не рано ли говорить об этом? — засомневался Кэннон. Он помог мне забраться на коня и глянул исподлобья с явным недоверием: — Сейчас только ещё осень.
— Если бы ты знал, что сейчас для этого самое время, то получал доход от поместья больше двухсот воглей в год, — иронично поддела я и ударила пятками коня. А потом обернулась на Кэннона, который вскочил в седло и поспешил за мной. Добавила чуть мягче: — Той весной я осознала, как жестоко природа наказывает за беспечность. А страдают простые люди. Мы, драконы, сильнее. Значит, должны заботиться о слабых.
Мужчина поравнялся со мной и тихо спросил:
— Когда ты успела стать такой мудрой?
Показалось, или в его взгляде я уловила восхищение?
И всё же примерещилось.
В дороге лорд ни разу не обратился ко мне, и его отстранённый вид граничил с безразличием. Должно быть, Кэннон увязался за мной лишь из-за договора, желая обеспечить бывшей жене защиту.
Казалось, он мог послать со мной одного из своих воинов, но лорд Бэрнст даже в нашем захолустье пытался соблюдать приличия. А по негласным правилам воины могли сопровождать леди верхом лишь в том случае, когда она находится в карете. Причём не одна, а сопровождающей её дамой. Иначе это бы выглядело вопиюще вульгарно.
А по мне все эти условности только мешали нормальной жизни. Порой, задумываясь об этом, я мысленно благодарила богиню Этру за возможность жить вдалеке от так называемого приличного общества. В столице пришлось бы посещать других замужних леди, спорить о нарядах и готовиться к балам.
Мне больше нравилось возиться с соком клёна, уваривая его до состояния сиропа или же конфет. По-простому общаться с людьми из деревни и по мере сил помогать им в нелёгкой задаче выживания. Заботиться о своём малыше и мечтать, как сын будет подрастать и каждый день учиться чему-то новому.
Простые радости взамен роскоши. Душевность и открытость вместо светского лицемерия.
Возможно, именно поэтому у нас с Кэнноном не клеилась беседа.
Нам попросту не о чем было говорить.
Подъезжая к деревне, я настороженно заметила:
— Ворота закрыты…
Лорд будто очнулся от каких-то своих размышлений и безразлично пожал плечами:
— Откроем.
— Речь не о том, — тревожно отмахнулась я. — За всё время, что я здесь, ворота ни разу не были закрыты!