Ясно, что я ударила по самому больному месту. Самолюбию! Легко представить, что будут говорить о лорде, если услышат нашу историю с такой точки зрения. Кэннон разозлился. Очень сильно!
— Извините… — с трудом проталкивая слова, он отступил и завёл руки за спину. — … Леди. Больше я к вам не прикоснусь.
«Победа!» — обрадовалась я.
И направилась к дому, мысленно прощаясь с мужчиной. Вряд ли он вернётся из храма в моё поместье. Наверняка покатит обратно в Илланор сразу, как проводит в последний путь Бриэтту Бэрнст.
При мысли о дочери леди Эфдокии ноги будто в землю вросли, едва успела равновесие восстановить.
«Да что же такое? — простонала про себя. — Почему у меня кошки на сердце скребут, стоит подумать о чужой дочери? Бриэтта мне никто. К тому же она предала свою мать. О теле есть, кому позаботиться!»
Несмотря на разумные доводы, я так и не сдвинулась с места. Смирившись, развернулась и мрачно посмотрела на Кэннона:
— Далеко до храма?
Мужчина, казалось, ждал этого. Коротко усмехнувшись, сообщил:
— Поедем верхом на моём коне.
— Пешком, — упрямо возразила я, не собираясь давать повода к себе прикоснуться. — Далеко?
— Думаю, полчаса, — ответил он.
— Тогда поспешим, — решительно кивнула я.
Приподняв юбки, направилась к тропинке, где стоял чёрный жеребец лорда. Сердце просило проводить Бриэтту и подарить ей «последнее пламя», как сказал Кэннон, и проигнорировать это желание не удавалось. Главное — вернуться до следующего кормления. Пока моя любимая «пожарная сирена» не проснулась.
При одном воспоминании о малыше на душе сразу просветлело, будто из-за свинцовых туч выглянуло тёплое солнышко. Может назвать кроху Лучиком? Или Солнечным зайчиком? Интересно, какое у сына истинное имя?
— О чём ты думаешь? — спросил Кэннон. Мужчина вёл за собой коня и с интересом посматривал на меня. — Никогда не видел, чтобы ты так тепло улыбалась.
Избегая опасной темы, я указала на деревья, вокруг каждого из которых был выстроен забор:
— Думаю о весне, когда можно будет пополнить запасы кленового сока.
— Сока? — заинтересовался лорд.
— В деверьях есть сок, не знали? — иронично хмыкнула я. — А сок калладского клёна приятен на вкус и очень полезен. Он придаёт сил и предупреждает болезни. Его пьют свежим, а чтобы долго хранился, нужно выпаривать лишнюю влагу. Получается сладкий сироп. Если варить его дольше, то можно сделать конфеты. Я угостила вас одной.
— Верно, — он вынул из кармана мой презент и принюхался. — Пахнет орехами и диким мёдом. Развернув обёртку, положил карамель в рот. — М-м-м… Действительно вкусно.