— Уверена тебе докладывали, — улыбнулась я.

Делать вид, что я его не ждала, было глупо. Он был как гроза — можно не видеть тучу, но чувствовать ее приближение. Он оторвал взгляд от цветов и медленно вошел в кухню.

— Я изучил то, что осталось от повозки, — начал он без предисловий, останавливаясь посреди комнаты. Его присутствие мгновенно сделало мою просторную кухню тесной. — Земля в том месте мертва. Она стала серой и рассыпается в пыль, словно из нее вытянули всю суть. Я сверялся с древними трактатами и говорил с советом старейшин своего рода. Такое оставляет только одна тварь. Пожиратель. Древнее существо, которое питается не плотью, а магией жизни.

Он замолчал и посмотрел прямо на меня. Его глаза были темными, как ночное небо, и я не могла прочитать в них ничего, кроме холодной, предельной сосредоточенности.

Я промолчала, лишь крепче сжала в руках деревянную ложку. Значит, Клин и его целитель были правы.

— Эта тварь спала веками в самых глубоких норах Гиблого леса. Ее не могли разбудить ни войны, ни другие маги. Для этого нужен был источник огромной, чистой силы. Маяк.

Он сделал шаг ко мне.

— Она проснулась, когда ты появилась здесь. Когда ты заставила цвести этот мертвый холм. Исейчас я понял, почему меня к тебе тянет.

Я застыла, не в силах пошевелиться. Сердце ухнуло куда-то вниз.

— Я не понимал, что со мной происходит, — продолжал он тихим, скрежещущим голосом, в котором слышалась ненависть к самому себе. — Почему меня, тянет к духу в чужом теле. Почему ярость сменяется желанием защищать. Почему я думаю о тебе постоянно. Так может тянуть только к истинной! К любимой, к матери своих детей.

Он подошел почти вплотную, и я почувствовала жар, исходящий от его тела, и едва уловимый запах озона и пыли дорог.

— Теперь я знаю. Моя суть… моя драконья кровь… она чует в тебе не просто женщину. Она чует жизнь. Могучую, чистую магию. Идеальную для продолжения рода.

«Какая прелесть, — ядовито подумала я. — Меня только что назвали породистой кобылой. Только вот, дракон, ошибочка вышла. Тянет тебя не к моей магии. А к твоей. К той, что сейчас мирно толкается у меня под сердцем».

— То, что делает тебя приманкой для монстра, — продолжил Дарек, — делает тебя желанной для меня. Вот такая ирония. Твоя сила — это твоя главная угроза и твоя главная ценность.

Он смотрел на меня в упор, и я видела, как в его глазах разгораются знакомые золотые искры. Это был не гнев. Это был голод. Древний, как мир, инстинкт хищника и самца, который нашел то, что искал веками.

— Я уже отправил в лес свой лучший отряд. «Призраков», — его голос стал деловым и жестким. — Они лучшие ищейки в королевстве. Но даже они почти бессильны. Эту тварь невозможно выследить обычными способами, она не оставляет запаха. Она реагирует только на магию жизни. Чтобы ее найти, нужен такой же маг. А маги жизни, Оливия, не рождались уже пятьсот лет.