Ксюша всё-таки удивительный ребёнок. Не по годам рассудительная, она сразу же согласилась и укатила в Москву, и уже успела прислать весточку, что у неё и бабушки всё хорошо, а дядя Дима очень хороший и добрый.
— А свист?
— Это они друг другу сигналы подавали. По этому свисту мы самого первого и вычислили.
Жандармы своё дело сделали быстро, и через час за окнами заскрипели полозья саней, увозящих тела убитых, а подполковник Дитрих прошёл к нам в столовую.
Анна проснулась и вышла в столовую следом за подполковником Дитрихом. Она, направляясь к нам, уже успела отдать распоряжения кухаркам, и они молча и быстро начали сервировать стол.
Анна мило улыбнулась, пожелала всем доброго утра и немного удивленно сказала:
— Вы знаете, господа, а у меня прошел токсикоз. Недаром говорят: нет худа без добра.
Господин жандарм удивленно покрутил головой и немного растерянно произнес:
— Такой ценой? Хотя вам, Анна Андреевна, виднее.
— А какая такая цена, Карл Оскарович? На мой взгляд, это всего лишь несколько сотен рублей, которые придется потратить на ремонт спальни. И все. Вы же, надеюсь, не считаете большой потерей смерть этого негодяя Каневского и его сообщников?
— Да нет, конечно. Государь, я уверен, просто примет это к сведению, учитывая все обстоятельства дела, а кое-кто даже будет откровенно рад.
— А есть те, кого его смерть очень расстроит? — спросил я.
— Откровенно говоря, не думаю. Интрига, вы уж извините, что не могу посвятить вас во все детали, в которой он был одним из важных участников, его стараниями приняла совершенно ненужный жестокий и кровавый оборот. И все, полагаю, с облегчением вздохнут, списав при этом многие издержки на этого почившего, благодаря вашим метким выстрелам, Анна Андреевна, господина, — Дитрих встал и сделал церемониальный поклон в сторону моей супруги.
— А семья у него была, — спросила Анна. — Я на самом деле ничего о нем не знала.
— Была. Его жена живет в имении под Симбирском. Это все что осталось у них после многочисленных проигрышей в карты. Оно принадлежит их дочери, получившей его в качестве приданного. Он его не успел проиграть в карты, а то бы юная особа была бы бесприданницей. — спросил я.
— А вы лично были с ним знакомы, — мне показались очень странными интонации в его голосе.
— Я? — гримаса презрения мелькнула на лице подполковника Дитриха. — к сожалению лучше чем хотелось бы. Наши матушки были двоюродными сестрами. Из-за него у меня даже были неприятности на службе. Мне в результате пришлось перейти служить в жандармский корпус.
Сервировка стола была закончена, и Пелагея пригласила всех присутствующих к столу. Милош хотел уйти, но я его задержал.