Виктор Николаевич въехал в станицу буквально перед нами, его люди только что спешились и поили своих лошадей.
Увидев нас, въезжающих в станицу, Виктор Николаевич удивленно развел руками.
Я остановил лошадь и, бросив поводья подбежавшему какому-то человеку, соскочил с седла, по-каскадерски махом перенеся через него прямую ногу.
Сейчас в верховой езде я ни в чем не уступал никому из наших людей. А на привале в Георгиевске на полном скаку выстрелил, наклонившись в седле из-под лошади, выхватив заряженное ружье из седельной сумки.
Милош, который это видел, наградил меня аплодисментами, а когда мы садились в седла, сказал:
— Такие трюки, Александр Георгиевич, на войне иногда спасают жизни.
Мой трюк с соскоком тоже вызвал аплодисменты, но теперь уже у Виктора Николаевича и его неожиданный комментарий:
— А ведь мне, сударь, докладывали, что в седле вы немного того… — он повертел кистью. — Вижу, эта информация была небольшой ложью. Здравствуйте, господа. Рад вас видеть. Вы меня очень приятно удивили. Я ведь, грешным делом, заложился на целых пять дней. А тут минута в минуту. Вы еще порадуйте старика и доложите, что не понесли потерь за такой переход.
— Докладываю, — заулыбался Милош, — не понесли.
— Тогда, — развел руками отставной подполковник, — можно сказать, четверть дела сделана на отлично. Я тут, предполагая вашу задержку, снял небольшое помещение, — он показал на одну из мазанок. — Предлагаю сей же час пройти и посовещаться. А наши люди пусть немного отдохнут, проверят всё, напоят лошадей. Прошу, господа.
Среди людей Виктора Николаевича было двое горцев, и они тоже пошли с нами. Оба были одинакового возраста, на мой взгляд, лет тридцати, с густыми усами, заплетенными в косичку, и длинными бакенбардами до середины щек, выбритыми до синевы подбородками, в черных черкесках с газырями и обязательными серебряными монетами на них и узких поясах с длинными кинжалами.
Перед тем как войти в дом, Виктор Николаевич представил нас друг другу. Горцы оказались двоюродными братьями Аслана, жениха девушки, из-за которой у горцев и разгорелся весь сыр-бор, очень оказавшийся нам на руку. Их звали Бекболат и Залимхан.
Хозяйка мазанки уже приготовила чай. Напиток был с добавками каких-то кавказских трав и очень приятный на вкус.
Искусно выполненная карта Виктора Николаевича с большой и подробнейшей легендой делала по большому счету не нужными какие-либо совещания. Понятно, куда и как идти, какие расстояния, а самое главное — опасности.
Расстояния, кстати, обозначены в днях пути, а не верстах. И это единственная тема, которую нам надо обсудить, ну и, естественно, диспозицию и действия в неизбежном бою.