— Уходим в лес, — привычно скомандовал он, — пропустим.
Так отряд поступал уже не в первый раз, после гибели Лехи старались не нарываться. Едва почуяв вдали посторонних, прятались в лесу и возвращались на дорогу лишь после того, как путники проходили или проезжали мимо.
Очередное появление местных не предвещало ничего нового. Отряд затаился в густом подлеске, лошадей заставили лечь, обмотали морды мешками и приготовились к ожиданию. Обычно на всё про всё уходило с полчаса, после чего Олеся объявляла: «ушли», и отряд возвращался на дорогу.
Джек, усевшись на землю и прислонившись спиной к дереву, ворчал, что нельзя закурить, остальные помалкивали — пользовались возможностью отдохнуть. Олеся, казалось, задремала, сев рядом с Джеком, привалившись к его плечу и закрыв глаза. Дома Кирилл такой тесной дружбы между Олесей и Джеком не замечал — возможно, потому, что редко видел их вместе. А в походе, понаблюдав, подумал, что во многих семьях супруги, и то не так дружно живут. Джек всегда садился или ложился так, чтобы Олесе удобно было прислониться. А она, не спрашивая, утаскивала в починку его одежду, молча подбирала с земли и прятала под полог палатки разбросанные вещи.
В этот раз отдыха не получилось — скоро Олеся вдруг открыла глаза. Недоуменно проговорила:
— Да что за хрень, — и встала на ноги. Замерла — непосвященному показалось бы, что прислушивается. О том, что на самом деле принюхивается, знали немногие, свои умения Олеся не афишировала. Доложила Кириллу: — Они не идут. На месте стоят.
— Почему?
— А я знаю?
— Жека… — начал Кирилл.
Как обычно, с запозданием — Джек успел вскочить раньше. Бросил:
— Уже там, командир, — и скрылся в лесу.
В этот раз ждать себя не заставил, вернулся быстро. Доложил:
— Это не обозчики, а засада. Лежат в кустах четыре пенька, ждут кого-то.
— Кого?
— Сбегать, спросить? — обрадовался Джек. — Во мужики обрадуются!
Кирилл вздохнул. Объяснил:
— Мысли вслух. Кого они могут ждать?
— С соседями терки? — предположил Эрик.
— Может, и с соседями…
Неприятное подозрение пришло в голову сразу. Но озвучивать его Кириллу не хотелось, он все еще надеялся, что ошибся. Снова позвал:
— Жека?
— Не вопрос, командир, — кивнул тот. И ушел.
В этот раз его не было дольше. А по лицу вернувшегося разведчика Кирилл понял, что в догадках не ошибся. Слова Джека: «Это за нами!» не удивили.
— Ясно, — кивнул Кирилл. — Что и требовалось доказать.
— А ты сразу понял, что ли?
— Не сразу, но… Да какая разница? Важно то, что нам здесь не рады.
— Что не рады, было ясно, еще когда в первый раз обстреляли, — хмуро обронила Олеся.