Чувствовалось, что эти люди уже притерлись друг к другу. Типажи вроде заместителя министра сельского хозяйства наблюдались в единичных экземплярах, и им приходилось подлаживаться под общий рабочий настрой. Девушку внезапно охватило ощущение, что у них еще есть шанс. Шанс спасти страну и человечество. Как бы пафосно это ни звучало. Иначе зачем это все? Она внезапно вспомнила кадры из Азии, добытые разведкой. Те парни погибли, но успели донести до руководства горькую правду о повсеместной гибели людей.
Наталья была готова работать день и ночь, но оправдать жертвы неизвестных ей разведчиков.
Красное от натуги солнце заходило прямо в море. Редкий для этого времени года солнечный день был относительно короток, ведь через месяц зимнее солнцестояние. Михайлов, вообще, не любил ноябрь, самый темный и нудный месяц в году. В октябре хоть иногда выглядывает не тёплое осеннее солнышко и на деревьях остаются крохи яркой листвы. Ноябрь же безбрежно темен, сумрачен до невозможности, солнце из-за низких облаков практически не появляется, деревья стоят уже голые, листва под ногами черна, кругом грязь и уныние, и скорее хочется, чтобы все вокруг покрылось белизной, закрыв мрачную картину поздней осени.
Конечно, после пяти месяцев проклятой морозной снежины сызнова захочется смены обстановки, но в то время уже будет намного ярче светить солнце, задорно щебетать пеночки и синицы. Генерал невольно поежился и вздохнул:
«А доживут ли они вообще, до весны?»
Он прошелся до рабочего стола и вызвал на экран последние доклады. Местная сеть работала пока исправно, хотя мировой Интернет обрушился еще в конце лета. Соответственно, и Рунет резко сжался. Все былое обилие телеканалов усохло до пары государственных и одного местного развлекательного. Информация в условиях военного положения давалась дозированно, что здорово осложняло независимую аналитику. Теперь генералу временами приходилось звонить коллегам из «особых» округов и задавать неприятные вопросы.
«Но куда деваться? Их же спрашивают за конкретную работу».
— Система: Вызовите ко мне полковника Добродеева.
Михайлов в который раз перепроверил прибор глушения и откинулся в кресле. Его заместитель по оперативной работе не заставил себя долго ждать. Поджарый, спортивного вида бывший начальник районной криминальной полиции откровенно нравился генералу. Немногословен, но в дело цепляется крепко, как хищник в добычу.
— Вызывали, Василий Иванович?
— Садись, — кивнул коротко Михайлов, — и взгляни, пожалуйста, вот на это.
Начальник Край Увд перевел информацию на прикрепленный к столу монитор, удобная вещь на совещаниях. Добродеев развернул гибкую ножку к себе и со всем вниманием уставился на экран. Смотрел молча, и только по глазам можно было считать упрятанные далеко внутрь эмоции. Да и то не всегда.