— Да терплю… жжётся, сука!
— Огнестрельное, что ты хотел… зато хвастаться будет чем, а⁈ — Отчётливо прозвучавшая нотка зависти заставила Вилена засопеть довольно. Если уж прагматичный Зиновий… то девчонки-то как реагировать будут⁈ Не… даже невезение к лучшему обернулось!
Прорвавшихся хулиганов встретили дрекольем бригадмильцы. Били не жалеючи, опасаясь огнестрельного оружия и ножей, но недостаток скоординированности сыграл свою роль, и без ранений не обошлось.
— Куда их теперь? — Поинтересовалась пышногрудая бригадмилка у Диколосова
— Судить, — рассеянно отозвался тот.
— Это понятно. А потом? Сроки-то у большинства маленькие, не больше нескольких месяцев[2], да и то… не всех доказать получится.
— Не вернутся, — усмехнулся Алексей, — товарищ Киров продавил постановление, запрещающий уголовному элементу проживание в Колыбели Трёх Революций[3]. Даже мелкоуголовного.
— Сильный ход… а на поруки рабочим коллективам?
— Если только коллективам, — усмехнулся Диколосов хищно. Невысокий, но мощный, с распахнутой на широкой мускулистой груди рубахой, выглядел он сейчас чрезвычайно эффектно, — Сергей Мироныч вынес на обсуждение общественности вопрос: а какие коллективы можно признавать рабочими, и самое главное — здоровыми? А то повадились брать на поруки всякую шпану раз за разом. Да на иных производствах этой самой шпаны чуть ли не половина состава! И что они теперь, рабочие коллективы? Ни одно из таких предприятий нормально не работает — план не выполняют, а если бы и выполняли…
— Один брак гонят, — закончила за него девушка, — да, очень интересный вопрос. Товарищ Алексей… а как ты относишься к походу кино?
* * *
— Падла какая, — сидя в захламлённой комнатке большой коммунальной квартиры на продавленном диване перед низким столиком, жаловался участковый приятелю-оперативнику, подрагивающей рукой наполняя гранённый стакан, — Прахин этот. И откуда он взялся? Выпрыгнул, как чёрт из коробочки! Нате, любите его, такого большого начальника! А ты на нож ходил?
— Этот ходил, — задумчиво сказал опер и в несколько глотков выпил самогон, занюхав куском ржаного хлеба, — по повадкам тот ещё волчара… Ах! Ядрёный какой!
Взяв кусок нарезанной луковицы, он придирчиво выбрал сало с крупинками крупной соли и наконец зажевал.
— Да и ДНДшников своих, сука, готовит умеючи, — договорил задумчиво.
— Ну, пусть… пусть ходил. Но зуб даю, что не постоянно среди уркаганов вращался! — Наклонившись вперёд и слегка брызгая слюной, начал заводиться участковый, — Чистенький он слишком! Кручёный, но чистенький. А с проститутками не хочешь ежедневно общаться, с сифилитичками? Со шпаной всякой? Да не когда ты мандатом защищён, а когда среди них и живёшь, да в коммунальной квартире. Ишь… банды милицейские.