— Что ж, — тяну так, будто тема эта мне немного неприятна. Не я больше главный… — понимаю и принимаю. Чтобы тянуть секту или тайную организацию, нужен или профессионализм, которого мне не достаёт, или…
— Абориген, — с нервным смешком заканчивает Лесли, — я помню твои лекции по поводу сопротивления мира при вмешательстве со стороны.
— Привык думать о себе, как об одиночке — этаком Робинзоне. Потому, наверное, подсознание инстинктивно отторгало все варианты, требующие вмешательства кого-то третьего. А так… вычислить болевые точки той же английской колониальной системы несложно. Деньги… тоже решаемо.
— А чтобы раскачать колонии, нужны либо ресурсы крупного государства, либо изнутри, — подытоживает брат, — Матерь Божья! Это что, я вирус⁈
— Скорее фагоцит[5].
* * *
— … да не волоком, подмышками бери!
— Тазик давай, его сейчас вырвет!
Потные руки повернули голову агента набок, и его стошнило в какую-то ёмкость. Едкая горечь во рту и чьи-то потные руки на лице привели его в чувство.
— … следы, следы аккуратней…
— Авария, — возникла в голове вялая мысль, — я кажется в автомобиль садился…
— Я Том, — слабым голосом сказал мужчина, — Томас Северин Ли.
— Да, да…
Перед глазами всё плыло, он никак не мог разглядеть своих спасителей, затащивших его на заднее сиденье автомобиля.
— В больницу, у меня есть средства.
— Конечно, Томас, — с непонятным смешком отозвался один из спасителей, — в больницу, куда же ещё.
— В могилу? — Раздался прокуренный мужской голос, нервно хихикнув, — чего дерёшься, Бен? А… понял, понял… извините, мистер.
— Ничего… — пробормотал мужчина, впадая в забытье. Очнулся он внезапно, от болезненного огня, пробежавшего по руке.
— Не надо, — вяло сказал Томас, пытаясь оттолкнуть мучителя со шприцом, — больно.
— Насрать… — эти слова несомненно послышались. Ведь этого не может быть, верно?
Мучитель… или всё же врач (?) вколол болезненный укол и голова прояснилась.
— Я же не в больнице? — Неуверенно сказал он, глядя на цепочку наручников, тянущуюся от правого запястья к дужке кровати, — Послушайте, я работаю на серьёзных людей. Мы можем договориться…
— Можем, можем, — отозвался медик, лицо которого скрывала марлевая повязка, — Жорес! Очнулся наш нефтяник!
— Томас Северин Ли, — шагнул в комнатушку высокий мужчина явно испанских кровей, и присел на скрипнувший стул. Положив ногу на ногу еле уловимым, но отчётливо светским жестом, закурил, изучая прикованного мужчину тяжёлым немигающим взглядом.
— Агент Стандарт Ойл[6]… интересно, вам не стыдно? Нет, признаков стыда не наблюдается.
— Что вам нужно⁈ — Голос Ли предательски сорвался, не скрывающий лицо испанец пугал его — иррационально, куда больше доктора-мучителя.