— Ты не обращал внимание, машина хуже разгоняется, тяжелее идет на подъем, выхлоп воняет?

— Черт его знает, — Дик почесал в затылке, — не замечал.

— Присмотрись.

Советом Тома пренебрегать точно не стоит. В Штатах машина как в России лошадь, без нее никуда, есть даже у бедняка. Работники выкатили авто на площадку, тщательно обтерли и открыли двери чтоб салон не запотевал.

— Держите на пиво, — Дик роздал Джиму и двум его напарникам по доллару.

Оно того стоило, от одного только вида сверкающего лаком и хромом «Эйрфлоу» настроение подскочило, вдруг солнце засветило ярче и птички радостней запели.

— Спасибо, сэр! Большое спасибо!

От счастливых мордочек негров можно прикуривать, так светятся. Парням доллар в радость. Работы у них немного, заработков тоже. Городок только отходит после затяжного пике Депрессии и попыток выхода из нее.

Мастерская на окраине города, улица давно капитально не ремонтировалась, а ямочный ремонт случался местами и не везде. Причем большей частью средствами владельцев, выходивших на нее складов, мастерских и мелких производств. Увы, небогатый муниципалитет захиревшего, чувствительного к сельскохозяйственным рынкам городка мог позволить себе только переносить ямы с места на место, по меткому замечанию известного американского публициста. А трудовые армии Гражданского корпуса до Мейкомба просто не дошли.

У высокого синего забора хлопковой компании улица поворачивала, да еще здесь с весны грузовики разворотили асфальт. Образовалась глубокая яма на полдороги. Дик сбросил скорость и медленно форсировал рытвину максимально прижавшись к придорожным кустам. Удачно, днище не зацепил. Как раз в этот момент из кустов вышел человек, махнул рукой и приветственно поднял шляпу.

— Герхард⁈ — Дик нажал на тормоз и открыл правую дверь.

Человек не заставил себя ждать.

— Рихард, очень рад! Наблюдал за тобой в автосервисе, но предпочёл не светиться.

— Дружище, удивлен, ошеломлен и рад до невозможности!

Да, на пассажирском месте сидел и улыбался Герхард Эйслер. Тот самый старый камрад. Бользен свернул к выезду из города, последняя улица уводила на полевую дорогу к ферме Колинза. За поворотом неприметный съезд за посадку.

— Ты, как и прежде, все понимаешь и видишь с полуслова и полунамека, командир.

— Если бы ты не опасался посторонних глаз, подошел бы в мастерской Рэдли. Ладно, дай тебя обнять, — Дик хлопнул по плечу камрада. — Даже не думал, что тебя занесет в эту страну.

— Знаешь, в Швейцарии слишком опасно. Русских и немцев больше чем мигрантов. Если не из Охранки, то из гестапо. Если не гестапо, то банкиры и разведка.