На этот ящик не пишите. Письмо не дойдет. Как обустроюсь, установлю контакт, заведу постоянный адрес, дам знать. Обязательно напишу.'

Три письма в один конверт. Адрес на двух языках. Осталось пройти квартал, открыть дверь офиса с незаметной табличкой и заплатить по тарифу.

Дик искренне надеялся, что транспортный самолет не собьет русский перехватчик, на почтовую машину не упадут немецкие бомбы, в Тихом океане судно не станет жертвой японской подводной лодки. А в Атлантике другое судно избегнет слишком пристального досмотра с английского или французского крейсера. Чиновник в португальском порту возьмет положенную мзду и не будет копаться в мешках. Компания честно писала, она ничего уже не гарантирует. Есть только надежда на того, в кого Дик не верил, но в душе признавал, как последний стержень этого мира.

В Мейкомб Дик вернулся поздно ночью. По примеру Эйслера отметил день Благодарения в ресторане. Разумеется, заказал индейку. Алкоголь самую капельку. Ночью гнал по пустынному шоссе. Мрачное небо, свет фар выхватывает из темноты указатели, придорожные столбики, рекламу. Светятся окна ферм и городков на горизонте. Благодать. Ты один в целом мире. Только ты, мощная машина и дорога, да еще небо где-то там высоко.

Именно в машине он решил, что стоит опять сменить имя. Нет, не сменить, а вернуть старое. Стать респектабельным американцем все равно не получилось, а быть англичанином не хочется. В одну реку нельзя войти дважды, но всегда можно поднять старый честный флаг.

В субботу утром Рихард собрал вещи. Все лишнее и штопаное выкинул, но все равно получился увесистый чемодан. И еще не все влезло. Однако, вот что жизнь оседлая делает. Почесав в затылке Рихард закурил, затем решительно вывалил содержимое чемодана на пол. Неверный подход. В дорогу берут не то что жалко оставлять и что может пригодиться. Нет, по заветам Джерома Капки Джерома и личному опыту, надо собрать только то без чего нельзя обойтись.

Через полчаса Бользен довольно взирал на полупустой чемодан. Вот так-то лучше. Затем достал из шкафа и закрепил специальными ремешками в малом отсеке бутылку кальвадоса. Это всегда пригодится.

Стук в дверь. Даже спрашивать нет смысла, больше провожать некому. Хилл впорхнула и остановилась в проеме комнаты.

— Уезжаешь? — тихо и грустно.

— Пора. Меня уже ждут, — уверенно ответил Рихард.

Лукавство. На самом деле он не хотел оставаться в Мейкомбе ни одного лишнего дня. В Миссури достаточно гостиниц чтоб было где переночевать, поесть и ни о чем не думать. Такси тоже есть.

Осталось одно дело. Бользен вытащил из кармана ключи, документы на машину.