Штабс-капитан Кравцов при первых словах диктора выкрутил громкость на максимум. Из репродуктора звучал искаженный помехами голос диктора. Британский флот и авиация нанесли удар по портам Норвегии. Высаживаются морские и воздушные десанты. Политическое руководство Германии уже выступило в поддержку маленькой нейтральной страны. Наш МИД готовит заявление.
— Доигрались! — процедил сквозь зубы комбат, когда выпуск новостей сменился записью оперы.
На следующий день рано утром батальон подняли по тревоге. Пришел приказ сворачиваться и выдвигаться. Что? Куда? Никто ничего не знал. Раздосадованный Никитин трижды перезванивал в штаб корпуса, но был вежливо послан. Дескать, приказ и расписание движения получите с нарочным.
Никифорову как заведующему инженерной частью выдалось надзирать за техническими средствами и снаряжением батальона. Как всегда, вдруг неожиданно выяснилось, что складной передвижной копер передали в соседний броне-гренадерский полк, а забрать забыли. Автомобильные электростанции положено сворачивать за полчаса, в действительности электрики промучились до обеда. К тому времени когда суета и беготня прекратились, офицеры и унтера доложили о готовности, Иван Дмитриевич чувствовал себя как после марш-броска, его лицо лучилось веселой злостью, сам он при первой же возможности щедро делился энергией и бодростью с подчиненными.
Наконец, колонна машин тронулась. За спиной осталась пустая площадка с засыпанными на скорую руку выгребными ямами, водоотводными канавами, разбросанными кольями от палаток, да несколько пирамид пустых бочек из-под горючего. В нормативы, разумеется, не уложились. Это если очень вежливо. Впрочем, в штабе корпуса на чудо и не рассчитывали. Как обмолвился Григорий Петрович, расписание и маршрут движения выдали с учетом опоздания.
Переброска крупной воинской группировки своим ходом это всегда вселенский бардак, перетекающий в хаос. Как понял Никифоров, в один день поднялся с насиженных мест и пришел в движение не только 3-й мехкорпус. Приказ получили почти все русские части в северной Персии. По слухам, тоже самое творилось в Ассирийском королевстве, маленькой горной стране у озера Ван, зажатом между Россией, Турцией и Персией.
Разумеется, единовременное выдвижение десятков тысяч солдат и тысяч машин порядку на дорогах не способствовало. Да и сами дороги еще не просохли. Грунтовки разбивались колесами и гусеницами техники. В узостях и на перевалах неизбежно возникали заторы. Все это стоило немало душевных сил и сгоревших нервных клеток офицерам и унтерам.