Добавлю, вторая интербригада завершает формирование. Разворачивается третья. Сейчас на нас смотрит весь мир. Мы в авангарде прогрессивного человечества, передовой отряд мирового пролетариата. Запомните, от результата этого сражения, от того как мы себя покажем, зависит все наше будущее.
Рихард про себя подумал, что от результата больше зависит не какое-то там прогрессивное человечество, а судьба бойцов интербригады, и перспективы Железного Вилли возглавить вооруженные силы Коминтерна. Последнее немаловажно, старый комрад не лишен здоровых амбиций, в будущее смотрит уверенно.
Бригадный комиссар кашлянул. Поймав легкий кивок Пика, Житников постучал по столу привлекая к себе внимание.
— Геноссе, все это правильно, но многие забывают, что надо думать не только о всем человечестве, но и о делах маленьких, немаловажных для нас всех. У многих из нас есть семьи, наши родные и близкие ждут нас, надеются на нас. И мы не должны забывать о тех, кто стоит за нашими спинами. Могу сообщить, наши товарищи из тыловых служб успели эвакуировать семьи наших бойцов и командиров из Меца. Тылы интербригады стоят в Вердене, а наши родные и близкие едут в безопасные провинции.
По подвалу прокатился всеобщий вздох. У людей расправились плечи, в глазах загорелся огонек. Артем Житников скромно кивнул и развел руками. Дескать, что могу, то и делаю.
— Прошу всех, по возвращении в батальоны сразу оповестить всех наших людей: их семьи, их родные и близкие в безопасности. Своих не бросаем.
— Куда эвакуировали?
— Увы, пока не могу знать. Занимались тыловые службы и безопасность, кого-то отправляют в Прованс, кого под Париж, или в Брест. В ближайшие дни все получат новые адреса, там уже можно будет звонить и писать.
Последнее Житников сказал зря. Телефонные звонки не по делу в интербригаде не одобрялись. Люди, привыкшие к подпольному положению и жизни под чужими именами, прекрасно все понимали, остальным объясняли.
14 мая 1940. Иван Дмитриевич.
Догнать роту за вечер не удалось. Отремонтировав мост, взвод еще задержался на поздний обед. Будучи единственным офицером в части Иван Дмитриевич решил не издеваться над людьми, пусть наскоро приготовленная на кострах еда из пайков, но питаться надо нормально. И желательно не одними галетами с финиками. Впрочем, по совету одного из саперов в кашу с тушенкой добавили еще и инжир с орехами. Получилось просто великолепно. Вышла настоящая гурьевская каша.
Утром на рассвете опять по машинам и вперед. Русские быстро учатся. В Месопотамии и Сирийской пустыне командиры частей предпочитали основной километраж проходить рано утром и вечером. Шло это как инициатива снизу, но штабные планировщики быстро поняли суть и перестроили графики маршей.