– Булатов –
– Игорь Викторович, – раздаётся за моей спиной девичий голос, но я не оборачиваюсь, а внимательно смотрю на панель управления, – Ваш обед…
– Да, спасибо, – сухо говорю.
Почему не Аристова? Где она? Я ведь просил старшую…
– Игорь Викторович! – требовательный голос становится громче и я с раздражением поворачиваю голову.
Передо мной стоит та самая девушка, которая видела нас с Аристовой в аэропорту. Меткий взгляд за секунду считывает нарушение базового дресс-кода бортпроводника нашей авиакомпании. Пуговицы должны быть застёгнуты, волосы – собраны в аккуратную прическу. А у этой девушки, чьего имени я даже не помню, распушены кудри и рубашка расстёгнута так, что практически видно зону декольте.
– Почему не по форме? – недовольно спрашиваю я, возвращая взгляд к панели управления.
– Игорь Викторович, вы знаете, – томным голосом произносит стюардесса, – Эта новенькая… Она та-ак отвратительно ведёт себя на борту.
Ещё минута и я окончательно потеряю терпение.
– Возвращайтесь к работе, – цежу сквозь зубы, чувствуя, как во мне начинает бурлить не недовольство, а уже злость – полноценная, вперемешку с раздражением, – Не мешайте мне работать.
– А где ваш второй пилот?
– Я сказал выйдите отсюда, – мой голос становится тише. Это всегда означает лишь одно – я зол. Чертовски зол.
– Ой, – вздрагивает девушка, – Как больно!
Оборачиваюсь и наблюдаю “невероятную” картину. Но, скорее, пошлую, глупую, бессмысленную и всё в этом роде.
Стоящая позади меня девушка выливает на себя стакан с кофе, который всё это время был в её руках.
Глупая? Сумасшедшая? Всё вместе? Иного объяснения я этому поступку дать не могу…
– Если вы сейчас же не покинете кабину пилотов, я сделаю всё, чтобы этот рейс стал для вас последним, – из последних сил стараюсь сдерживать себя в руках, – Уж поверьте, я смогу это сделать.
– Простите, – закатывая глаза и томно вздыхая, произносит эта клуша и, наконец-то, покидает моё рабочее место.
Вот даёт… Надо бы записать всех членов экипажа на психиатрическую экспертизу, что-ли. Голунова недобро смотрела и на меня и, как мне показалось, на Аристову. Сейчас это недоразумение, которое, слава богу, уже покинуло кабину. А что будет потом? Сейчас Тузов вернётся поддатый из уборной и начнёт плясать?
Ну нет…
Не надо такого “счастья”…
Проверяю показатели панели управления – всё хорошо, летим спокойно. Только вот Макар Петрович что-то задерживается…
Ладно, самое время перекусить. Нажимаю кнопку автопилота и с аппетитом начинаю уплетать сочную куриную котлету с ароматным картофельным пюре. Вкусно, только… Почему-то горчит. Или мне показалось?