Булатов, чёрт возьми, что творится в его голове?!

Игорь Викторович достаёт из холодильника какие-то контейнеры.

– Эта… Паста с курицей, овощной крем суп, блины из чечевицы… Положили хрен пойми что. Нет бы обычное пюре с котлетами…

Не могу сдержать улыбку. Точно так же ведёт себя мой отец в любом ресторане, во время наших редких совместных походов куда-то.

– Чего молчишь? Что тебе разогреть?

– Ой, – я неловко потупливаю взгляд, – Пасту с курицей, пожалуйста…

Булатов, ничего не ответив, ставит еду разогреваться.

Повисает неловкая пауза. Воздух как будто становится густым и вязким, как будто пространство в этой комнате меняется под влиянием необъяснимых сил.

– Спасибо, – робко отвечаю я, – Если бы не вы, я…

– Неважно. Ешь, – отвечает мужчина, садясь напротив меня и просверливая меня взглядом, от которого мне становится неловко.

– Можно вопрос? – неожиданно для самой себя, спрашиваю я.

Мужчина молча кивает.

– Насколько я знаю, все ушли в ресторан… Почему вы не отправились с ними?

– Разве я должен отчитываться перед тобой, Аристова? – проницательный взгляд прищуренных в полумраке глаз Булатова проникает мне прямиком в душу.

– Нет… Простите, – я закусываю нижнюю губу.

– Да ладно, – усмехается он, – Я не настолько груб, как ты могла подумать. Не люблю шумные компании, вот и всё.

– Надо же, – отвечаю я, – В этом мы с вами похожи.

– Разве? – Булатов приподнимает бровь, – Я был уверен, что тебе, – он проходится взглядом по всему моему телу, отчего я, почему-то, начинаю дрожать, – Подобные мероприятия только в радость.

– Вы ошиблись, – чуть смелее улыбаюсь я, – С чего такие доводы?

Булатов вновь смотрит на меня взглядом голодного зверя – хищного, опасного. А я в очередной раз ощущаю себя его жертвой, которая благополучно оказалась загнана в угол.

– Неважно, – мужчина смотрит на часы, – Нам снова скоро вылетать. Поторопись.

– Как? Уже? – удивлённо гляжу на наручные часы и понимаю, что Игорь Викторович прав.

Предполётный брифинг прошёл благополучно. Не считая того, что весь экипаж, за исключением обоих пилотов, смотрел на меня косо. Ксения при виде меня лишь презрительно фыркнула, а Юлия Петровна так и вовсе решила стойко меня игнорировать.

Не понимаю, с чего они так на меня взъелись?! Я ведь ничего не сделала…

Вернее, сделала… Но не я!

– Проходим, проходим, живо! – командует Юлия Петровна в момент, пока мы взбираемся по трапу в самолёт, – А ты, Аристова, – она больно хватает меня за локоть, когда я прохожу мимо, – Не знаю, что ты сделала с Игорем Викторовичем, но знай, это твой последний полёт вместе с ним!