Сталин и Берия хором внимательно посмотрели на сидящего тут же товарища Абакумова, но оба промолчали.
— Но, думаю, в любом случае этот пулемет нужно будет военным специалистам посмотреть внимательно. Здесь у меня, как партизан это назвал, технологические карты по его изготовлению, все нужные марки сталей перечислены, режимы их обработки, прочее все. И он сказал — словами сказал, в бумагах это не написано — что в Коврове этот пулемет можно будет в производство запустить за месяц, а в Вятских Полянах — месяца за два.
— Все это… очень интересно, а теперь, Пантелеймон Кондратьевич, эту штуку со стола уберите… передайте ее товарищам, они пусть ее у себя пока подержат, а сейчас все же давайте пойдем по повестке. Нам тут товарищи… отдельные товарищи написали, что в Белоруссии случилась нежелательная концентрация власти в руках одного человека. В ваших руках, товарищ Пономаренко, и эти товарищи предлагают все же должности Первого секретаря ЦК и Предсовмина разделить. Вы что-то по этому поводу сказать можете?
Алексей изготовил на «минизаводике» практически копию бельгийского FN-Minimi под патрон сорок третьего года. Пулемет более чем неплохой, а некоторые конструктивные (и технологические) детали могли, по его мнению, серьезно помочь Михаилу Тимофеевичу побыстрее довести свой автомат: все же в значительной степени «малютка» эта заимствовала ряд деталей именно у АК, причем гораздо более поздней (и более совершенной) версии. Сам он пулемет (правда под НАТОвский патрон того же калибра) в «работе» использовал несколько раз, а вернувшись домой в процессе восстановления после микроинфаркта очень внимательно машинку эту изучил — в том числе и с точки зрения собственного производства «нелицензионных копий» где-нибудь в «дружественных странах». Но тогда пришел к выводу, что производство ее будет заметно сложнее РПК, и воплощением идеи на практике заниматься не стал — но как изготовить «Миними», он знал, а вот насчет произведений Михаила Тимофеевича у него полезных идей не было. Так что сделал то, что сделал — и, помня о том, что «вернуться и переделать» теперь у него не выходит, заранее соломки подстелил: в ящике верстака на механическом участке минизаводика лежала опубликованное в справочнике для военных хирургов описание знаменитого патрона «образца сорок третьего года». В справочнике, конечно, с грифом «ДСП», но с печатью библиотеки мединститута…
У него вообще сложилось впечатление, что всерьез обеспечением секретности в стране занимались исключительно в Спецкомитете, хотя периодически у него мелькала мысль о том, что военные вместе с НКВД специально устраивали утечки не особо секретной информации для того, чтобы враги думали, будто в СССР секретность соблюдается отвратительно и просто не копали в областях, действительно относящихся с государственным секретам особой важности. Или чтобы вместе с «мелкими секретиками» подсунуть врагам откровенную дезу, причем дезу очень тщательно подготовленную. По крайней мере, как Алексей узнал гораздо позднее, янки на попытки создать аналог «советской подземной лодки» потратили в свое время больше двух с половиной миллиардов полновесных тогда еще долларов. А сколько денег они истратили из своих военных бюджетов на разработку системы «раннего обнаружения» этого порождения воспаленного творения советских фантастов, трудно было даже представить…