— Здесь я. — Раздался откуда-то слабый глухой голос.

Команда встрепенулась, засуетилась.

— Ты где? — Спросил Харитон.

— За баней.

Мужчины обошли баню. Потоки воды размыли землю за ней, отчего фундамент ее немного просел. Промоина достигала забора, размыв и его, унеся три или четыре бревна вниз. Остатки воды еще уходили из нее вниз по склону.

— Гордей. — Снова позвал его Александр.

— Я здесь, под забором. — Ответил он негромко, так, что появились опасения в том, что он ранен.

Осторожно спустившись к почерневшему частоколу, мужчины приблизились к краю промоины. Там, по другую сторону забора, в ее продолжении, на заклинившем между двух стенок бревне, лежал Гордей. Он выглядел так, будто от того, как он держится за бревно, зависит его жизнь.

Благодаря тому, что видимость была неплохой, Александр догадался, в чем причина опасений Гордея. Под холмом бились в берега курящиеся паром волны. Не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что температура в образовавшемся водоеме еще близка к кипятку.

— Гордей, не шевелись, мы что-нибудь придумаем. — Шепотом пообещал Гурьян.

— Чего тут думать, веревка нужна. — Рассудил Харитон. — У тебя веревка в бане есть? — Спросил он у Гордея.

Тот мелко закивал головой.

— В подполе. — Ответил он шепотом.

— От кого я ожидал такого, но только не от Гордея. — Усмехнулся Харитон, направившись к бане. — Хотя сам-то, не лучше.

Чтобы найти веревку, о которой говорил Гордей, пришлось расчистить от глины входную дверь и повозиться в горячей воде. Оказалось, что банщик организовал у себя в подполье настоящую барахолку из вещей, не соответствующих перечню разрешенных.

— От благодарных клиенток. — Догадался Гурьян и добавил. — Издержки профессии.

В подполе нашелся оранжевый автомобильный трос длиной в пять метров.

— Просто любопытно, за что можно получить такой подарок. — Почесал затылок Харитон.

На обоих концах троса имелись карабины. Александр сделал на одном из них петлю и бросил этот конец Гордею. Тот осторожно ухватил ее и просунул себе под мышки.

— дЕржите? — Спросил банщик не своим голосом.

Харитон намотал трос на руку и уперся ногами в столб забора.

— Держим.

Трос резко натянулся.

— Тащим на счет, мужики. — Скомандовал Александр. — И раз. — Они сделали маленький шажок сообща. — И раз. — Еще один.

Упираться было тяжело из-за того, что ноги скользили в нанесенной к забору глине. Хватались за почерневшие бревна частокола, вымытые дождем до такой степени, что чернота уже не пачкала руки. Из ямы показалась слипшаяся от грязи голова Гордея. В его испуганных глазах отражались все пережитые чувства. Возможно, их было гораздо больше, чем способен был пережить человек, потому что назвать выражение глаз Гордея адекватным было нельзя.