— Ясно. Не забывайте подносить кирпичи вовремя. — Александр был уверен, что у него все получится легко.
Прежде, чем выходить на лестницу, ее проветрили. В погребе стало жарко. Правда, жара держалась недолго, после закрытия двери, выпадая росой на холодных стенах, потолке и бочках.
Александр держал перед собой шесть кирпичей и столько же нес Гордей. Воздух, с каждой ступенькой вверх, становился все горячее. Здесь пахло как в бане, когда температура поднималась выше сотни градусов и из досок лиственницы начинала выступать смола, распространяя хвойный запах.
Александр оступился и чуть не упал. Чудом удержался и не растерял кирпичи.
— Вы в порядке? — Спросил Гордей.
— В порядке. Ни черта не видно.
Александр поднялся до самой двери. Сквозь ткань он чувствовал идущий от нее жар. Просто удивительно, что дерево еще не загорелось. Он присел и расставил кирпичи, по четыре в ряд. Гордей оставил свои рядом и спустился за следующими. Поверхность кирпичей на жаре быстро затвердевала. Чтобы они схватились между собой, ставить надо было очень быстро.
Ткань раскалилась, и каждое прикосновение к телу обжигало. В щели бил сквозняк, так что невозможно было подняться на ноги. Однако в щели бил и яркий дневной свет, разжигая любопытство хоть одним глазком посмотреть на то, что происходило снаружи.
Гордей оставил еще шесть кирпичей и охая и подпрыгивая, будто бежал босыми ногами по раскаленным углям, снова скрылся за дверью. Александр проделал в платке небольшую дырку, и пока кирпичи еще позволяли немного приоткрыть дверь, потянул на себя ручку. Вначале он ничего не почувствовал и не увидел. Глаза, привыкшие к темноте, не могли ничего различить из-за яркого света.
Картинка немного прояснилась спустя несколько секунд. Александр смотрел на соседние дома, которые плавали в мареве раскаленного воздуха. Они были совершенно черными и будто бы даже дымились или парили. Зажгло веки. Александр проморгался, прикрылся рукой от сквозящего воздуха и снова выглянул. Теперь он смог увидеть еще больше. За черным частоколом в необычного багрового цвета небо поднимался столб почти прозрачного пламени. От силы своей он гудел, словно это горел газ, бьющий под давлением из трубопровода.
— Барин, блин!
Александр вздрогнул. Гордей поднялся по лестнице и прикрыл дверь.
— Зачем вы открыли, тут опять невыносимо стало.
— Там… Гордей, там пожар.
Сваренная заживо тушка собаки «задавала» слишком много вопросов, ответы на которые напрашивались один страшнее другого. Что-то происходило там, во внешнем мире, отчего кровь стыла в жилах. Клубившийся на краю провала туман уже не воспринимался, как обыкновенный туман. Это был пар, сваривший несчастное животное. Откуда он взялся? Какую площадь накрыл? Что сталось с выжившими?