И, выключив сотовый, я положил его под деревом с повязанной на нём маской с цифрой «4».
Коря себя лишь за одно — что я сразу не проверил в сети данные о взорванном кортеже президента. Хотя эта тварь могла бы и подделку мне кинуть, как они тут её называют — дип-фейк. Кроме того, отступать очень уж не хотелось. А чего? Мне бежать от драки? Ире и Рыжику я денег уже оставил, на счастливую десятилетку хватит. Кроме того, злобный дроновод меня прямо-таки заинтересовал. Кто же ему помогает из моих старых друзей? Неужто каких-то афганских ваххабитов привёл? Я улыбнулся этой мысли. А в этот момент где-то сверху зажужжала опасная летающая машина…
Походу за ним первый ход… Сейчас посмотрим, кто победит, кибер-анархо-коммунист или солдат из 90тых!
Двигаясь по лесу вдоль дороги, я увидел, что там впереди дымило. В большой, чёрной, пылящей машине, из лобового стекла на капот был выброшен искромсанный труп коренастого мужчины. Зацепившись сломанной ногой за руль, он догорал, а на его лице была наполовину расплавленная маска с цифрой «2». Видать, снаряд с дрона сработал внутри. Как только тело не разорвало на кусочки, одному Богу известно.
— Вот ты и нашёл Второго! — прогремел голос из громкоговорителей с высоты, разливаясь по лесу. — Бывший спецназовец из «Вымпела», орденоносец. Ушёл из органов, пойдя в особый отдел, потому что там платили, а дочке лейкемию лечить надо было. Мы ему предложили контракт — он согласился, не раздумывая. Считал, что воюет с врагами государства, которые душат страну изнутри. А на деле просто падальщик, чистильщик для олигархов. Мечтал отложить на операцию в Германии. Теперь его дочка будет расти без папы, а жена — без мужа. Все благодаря щедрости тех, кого он так рьяно защищал. Иди и посмотри ему в глаза, если хватит духа. Он ведь тоже, как и ты, думал, что служит Родине.
Голос смолк, оставив в воздухе лишь треск горящего металла и горькое послевкусие его слов.
— Ты где там, шлюха? — посмотрел я наверх, где из-за сосен не было видно дрона.
И я бодрым темпом пошёл по лесу вдоль дороги, как голос снова зазвучал:
— Я читал твой рапорт, это была моя тебе последняя проверка! Я думал, у вас, у советских людей, остались принципы строителей коммунизма, а ты меня взял и сдал конторским. Но я щедр, я тебе даже оружие последний раз привёз, чтобы это не было казнью, а больше походило на охоту, ты ведь любишь охотиться⁈ Из твоего дела я почерпнул, что ты считаешь, что ты рождён в СССР, и думаешь, что воевал в Афгане и Чечне, имеешь амнезию и не помнишь последние 30 лет. А теперь по тексту: диагноз — параноидальная шизофрения, считает себя бойцом спецподразделения, погибшим в 90-х, морально гибок, но честен по принципиальным моментам, скрытен, вспыльчив, но отходчив, его мозг не воспринимает современность, а всё видит через призму сотрудника милиции из прошлого. О, кстати, твои галлюцинации это подтверждают!